– Что ты делаешь?!
Я подскочила к креслу, оттолкнув с дороги Шейна. Сердце билось где-то в пятках.
О небо! Мой фамильяр, то, что связывало меня с памятью предков, погибал сейчас на моих глазах! И погибал из-за меня и моего упрямства!
– Шейн, какого демона ты творишь?
Сама не осознавая, что делаю, я резко простерла руку ладонью вниз. Кожу защипало от прикосновения к чужим чарам, затем обожгло, да так сильно, что я вскрикнула от боли.
Но я не могла просто стоять и наблюдать, как Мрак умирает. Пусть он и противное создание, которое даже не пробует подружиться со мной, но все равно.
Я закрыла глаза, чувствуя удивительное спокойствие внутри. Представила, как огонь, терзающий Мрака, погасает. Как внутри его истерзанного тельца бьется крохотный лепесток жизни. Как он возрождается. Такой же, как и прежде.
Боль внезапно обхватила всю мою руку. Казалось, будто я окунула ее в жидкое пламя. Но я терпела. Стиснув зубы, терпела, не отводя ее в сторону.
– Криста… – послышалось удивленное от Шейна.
Я с мучительным стоном опустила руку еще ниже. Заскрежетала зубами, силясь не сорваться на отчаянный крик.
– Криста, хватит…
Голос Шейна доносился как будто издалека. А возможно, я просто не слышала его из-за отчаянное биения сердца, чей пульс гулким набатом отдавался в моих ушах.
– Криста!
И щеку обожгла оплеуха. Да такая увесистая, что в голове загудело, а во рту стало солоно от случайно прикушенной губы.
Я распахнула глаза. Ошеломленно уставилась на Шейна.
Он ударил меня? Но за что?
– Криста, хватит, – повторил он встревоженно. – Смотри!
Я перевела растерянный взгляд на Мрака, готовая, что увижу лишь его обгоревшее тельце. Но нет. Фамильяр сидел абсолютно невредимый. И впервые я ощутила идущее от него чувство радости и удовлетворения.
– Нет, ты небезнадежна, – заключил он довольно. – Шейн был прав. Тебя и впрямь необходимо было дать хорошую встряску.
Я посмотрела на Шейна, уже догадываясь, что он скажет мне, но до последнего надеясь не услышать этого.
– Прости, – проговорил он с мягкой улыбкой. – Мы с Мраком решили, что так ты быстрее научишься управлять своим даром.
– Не поняла, – честно призналась я. – Это был… спектакль?
И мой голос опасно дрогнул.
– Вообще-то – да. – Шейн улыбнулся шире. – Но согласись. Оно того стоило.
– Между прочим, лапки ты мне подпалил знатно, – ворчливо пожаловался Мрак. – Хотя я не в обиде. Зато теперь я вижу, что из Кристы и впрямь может получиться толк.
Я приложила ладонь к пылающей после пощечины щеке, продолжая молча смотреть то на Шейна, то на Мрака.
– О, за это тоже извини. – Шейн виновато пожал плечами. – Я испугался, что ты отдашь Мраку всю свою энергию – так усердно стала его лечить. Давай посмотрю.
Шагнул ко мне, медленно отвел мою руку в сторону. Легонько провел по моей щеке, и я почувствовала, как мгновенно унимается боль после этого. Затем дотронулся подушечкой большого пальца к припухшей после оплеухи губе.
В этот момент я почему-то смутилась. Он стоял так близко от меня, что я ощущала тепло чужого тела. Положение усугубляла его по-прежнему распахнутая рубаха. Мне вдруг до безумия захотелось прикоснуться к нему. Провести по гладким плечам, прильнуть к нему всем телом.
Светлые глаза Шейна потемнели. Его рука спустилась к моему подбородку, ласково, но непреклонно придержали его, не давая опустить голову или отвернуться.
Впрочем, я и не хотела этого делать.
– Криста, – выдохнул он. Нагнулся чуть ниже, и его дыхание пощекотало мои губы.
Я знала, что произойдет дальше. Одновременно и боялась этого, и жаждала продолжения. Завороженно наблюдала за танцем красноватых бликов в глубине его непривычно серьезных глаз.
– Криста, – повторил он.
Между нашими губами оставалось мизерное расстояние. Мир вокруг словно перестал существовать. Осталась только я – и он. Так близко, что я слышала его пульс. Удивительно ровный и глубокий.
А затем Шейн поцеловал меня. Очень нежно, осторожно, почти невесомо, как будто опасался причинить мне боль. Этот поцелуй был похож на первый весенний ветерок, пробравшийся в помещение. Или на ласку во сне, когда ты еще не проснулся и сомневаешься, происходит ли это в реальности.
Спустя мгновение его рука нырнула в мои волосы, чуть натянула их – и я послушно запрокинула голову. Мои руки обвили его плечи, и поцелуй стал глубже, требовательнее.
– У нас гости, – вдруг проговорил Мрак, о присутствии которого в гостиной я вовсе забыла.
Шейн с явной неохотой отстранился. Продолжая удерживать меня в объятиях, недовольно обернулся к фамильяру.
– У нас гости, – повторил тот.
Посередине комнаты вдруг запылало изумрудное пламя портала. Взметнулось до самого потолка, так же стремительно осело – и в гостиную неторопливо выступила молодая рыжеволосая женщина в строгом темно-синем бархатном платье, украшенным жемчужной вышивкой.
Странно. Почему ее внешность мне кажется знакомой?
– Ох, – проговорила она с улыбкой. – Кажется, я не вовремя?
Я покраснела, осознав, что Шейн по-прежнему прижимает меня к себе. Попыталась отпрянуть, но его рука на моей талии стала лишь тверже, не давая мне высвободиться.
