Не дождавшись ответа, я вылетел из квартиры и быстро спустился с лесенок, мигом усаживаясь на переднее сидение своей машины.
Машина с визгом отъехала с парковки и я свободно выдохнул в окно, глотая ртом холодный воздух. Воздух, в котором уже не чувствовалась осень.
Отказаться от наркотиков было самым смелым решением, от этого решения дрожали коленки и учащенными импульсами отбивалось сердце.
Полюбить Дейвидсон было самым заветным желанием, и даже не решением. О нашей встрече… Что там говорить - я ждал ее так, как ждут стихийных бедствий. В мыслях я был уверен, что неделя – это слишком мало. Прожив третий день без нее, я понял, что это даже больше, чем просто «много». Эта необъяснимая тоска и полнейшее разочарование, тяжелые вздохи и, будь они прокляты, бессонные ночи, в которые я терял столько времени, которое я бы мог провести с НЕЙ, оттягивались с каждой минутой.
Когда была она, мне не нужно было никакого Бога.
И хотя я старался не думать о Дейвидсон, моя любовь настойчиво впивалась когтями в мое сердце. Я целовал ветер, дувший в ее сторону.
Я произносил ее имя, когда был один.
И с каждой минутой я понимал, что люблю ее все сильнее.
Гарри, Найл звонил. – ухватившись за живот повеселевшим голосом сказала Джемма, когда я вошел в свой дом. – Он просто хотел передать, что все нормально. Эм.. ты правда просил звонить его каждый день, чтобы говорить о том, что все нормально?!
Улыбнувшись в пустоту, я еле заметно кивнул головой и подмигнул Джемме.
Да что с тобой в конце концов! – рассмеялась та, передразнивая мое коронное подмигивание. – Как ты так делаешь?
Молча, девочка, молча. – я щелкнул сестру по носу и чуть ли не припрыгивая вошел в кухню, где на всю катушку орал включенный телевизор, а в духовке выпекался слоеный пирог.
Мама стояла в фартуке, и не отрываясь смотрела телевизор, повторяя за ведущим какие-то странные движения.
Это че еще за…?
Ты мешаешь! – пшикнула она на меня, продолжая крутить головой во все стороны. – Это упражнения для похудения для тех, кто много времени проводит на кухне.
Мое лицо, скорее, напомнило то, когда человеку внезапно дают кирпичом по затылку и он стоит так, не понимая, что только что с ним произошло.
Прости, для чего? – поинтересовался я, оторвав от стоящих на плите булочек маленький кусочек.
Джемма, заметив это, со всего маху врезала мне по руке, недовольно нахмурившись.
Прости-прости. – затрепетал я над ней как над ребенком, махая руками из стороны в сторону.
Гарольд, бога ради, ты помолчишь?! – нахмурилась мама, наконец-таки оторвав свой взгляд от телевизора.
Я нахмурился, мгновенно изменившись в лице.
Был бы я маленький – я бы с удовольствием разревелся. Обидно было настолько, что я беспроблемно мог разреветься прямо сейчас.
Ну я же просил не называть меня Гарольд! – взревел я, густо краснея.
Слева послышались тоненькие смешки и тыкания мне в бок. Джемма спокойно развлекалась, тыкая меня пальцем в кожу и легко посмеивалась, издевательски сверкая зелеными глазами.
Выругавшись про себя, я закусил губу, чтобы не сорваться на беременную сестру, и продолжал стоять около телевизора, смотря то на ведущего, то на маму, которая совсем свихнулась с этой гимнастикой и подключила в ход ноги.
Дурдом. – заметил я и покачал головой. – Где я нахожусь?
Влюбленный Гарольд негодует? – подколола меня сестричка, принимаясь подмигивать мне раз сто в секунду.
Мои глаза тут же наполнились кровью, и я буквально затрясся от этих пожирающих слов, которые произнесла Джемма.
Не влюблен я ни в кого! – принялся оправдываться я и направился прочь из кухни.
Подальше, подальше отсюда.
Мой стеснительный сыночек Гарольд. – донесся до меня сзади умилительный голос мамы и я, пожалуй, готов был убиться об стену в одно чертово мгновение.
Сделать это было моим внезапным решением. Когда влюбляешься – все делаешь внезапно. Внезапные решения всегда сильные, самые чокнутые, но именно они наполняют человека той самой нежностью и трепетностью, которые могут ощутить на себе только те сердца, которые бьются быстрее, когда сталкиваются.
Мое сердце не было готово столкнуться с тем, которое заставляло его долбить с невыносимой скоростью.
Мое сердце было не в силах ожидать еще несколько дней, потому что прожитые дни для него стали сплошным мучением.
Вы, вполне можете сказать мне, что сейчас не время.
А я спокойно отвечу вам:
Сейчас - самое время.
POV Рикка.
И что ты думаешь? Он просто взял и забил! Вот так вот просто взял и…
И забил?! – глаза Томлинсона расширились, из рук выпал заветный пирожок и шлепнулся прямо на пол. – Да ну ты брось!
Мадрииид, Луи, Мадрид! – поддакивал Лиам, находясь в том же шоке. – Подвел, ох как подвел!
Я с каменным выражением лица отщипывала кусочки от круассана и кидала их в пустую тарелку. Эмили сносным движением пододвинула ко мне тарелку горячим ужином, и мне вновь пришлось ее отодвинуть от себя и виновато опустить глаза вниз.
Рикка! – недобро пшикнула она на меня, грозно хмурясь. – Какого хрена ты делаешь?
Что? – я оторвала взгляд от своих туфель и посмотрела на девушку. – Ты что-то сказала?
