«А ведь если не сопротивляться, будет гораздо легче», — подумал Крис и тут же до крови прикусил губу. Лёгкий путь он уже пробовал. Ничего хорошего из этого не вышло.
— Да ладно, Крис… Уверена, тебе хочется потанцевать со мной… — Голос Мари звучал неверно и тихо, будто долетал до слуха через длинный каменный лабиринт.
А ведь в прошлый раз всё началось именно с танца. Вполне безобидного, как тогда казалось. Но неожиданно сильное воздействие первого в жизни Криса настолько многолюдного праздника… И откровенный перебор с алкоголем… И, что уж говорить, отсутствие внятного сексуального опыта… Кто мог предположить, что эффект окажется таким? Тогда — пожалуй, никто. Зато теперь Крис не питал иллюзий на свой счёт. Два с половиной года, четыре университетских бала и ни одного срыва, не считая выходок Вектора. Достижение серьёзное, но не меняющее сути.
Пожалуй, Лина заслуживала благодарности за невольную провокацию, показавшую, что такое Кристофер Гордон на самом деле… Правда, Крис до сих пор не знал точно, кто кого спровоцировал. Он был уверен, что не воздействовал на Лину сознательно. Хотя бы потому, что способность к сознательным действиям потерял уже в первый час бала. Но на следующий день, навещая его в больнице, студентка выглядела слишком растерянной и раздосадованной. Слишком заметно краснела, прося молчать о причине драки с её ухажёром. Хотя бы о том, насколько далеко эта причина зашла. И по чьей инициативе.
Крис не был в восторге от того, что старая история выползла из тени и теперь, вероятно, её будут трепать в каждом университетском коридоре, однако решение Лины прервать молчание слегка облегчило груз, тяжесть которого до сих пор давила на плечи. Удивительно, как всё меняется, стоит никому не известному выскочке, которому едва исполнилось семнадцать (какая неловкость — на три года меньше, чем было тогда Лине!), превратиться в местную знаменитость. Импульсивная глупость вдруг становится статусным приключением…
Возможно, в итоге они оба выиграли. И, по большому счёту, никто не пострадал. А сейчас и вовсе сложно представить, что может пойти не так. И ему действительно давно пора отдохнуть. Ничего страшного не случится, если он позволит себе маленькую глупость. В конце концов, это так на него похоже…
Его руку настойчиво отцепили от стола. Прикосновение отозвалось электрическим разрядом, заставившим онеметь пальцы. Крис вздрогнул, высвободился, взглянул на Мари, которую ничуть не смутило его долгое молчание. Студентка улыбалась почти торжествующе. Она выглядела безобидной, но поле вело себя странно, и Крис только сейчас понял, что в общей сумятице ощущений упустил кое-что важное.
«Зарраза…»
Он всё-таки ударил по её полю, резко обрывая контакт. Улыбка на лице Мари стала менее уверенной и чуть удивлённой.
— Хорошо, давай попробуем по-взрослому, — предложил Крис, чувствуя, как из головы уходит тошнотворный туман. — Какая форма ответа «Нет» тебя устроит?
Мари помолчала. Смущённо потупилась. Спрятала руки за спину.
— Такие методы граничат с оскорблением, — заметил Крис. — Кто-нибудь из твоих приятелей предположил, что я разозлюсь и начну метать молнии? Или ещё не поздно сделать выгодную ставку?
Её поле отчётливо фонило волнением и досадой.
— Я бы скорее поставила на то, что ты не обидишь девушку.
Он рассмеялся.
— У меня в друзьях — победительница «Грани возможного». Поверь, мои взгляды на «слабый пол» достаточно прогрессивны.
На этот раз поток силы, плеснувший в сторону Криса, был слишком яростным, чтобы его не заметить. Правда, отреагировать физику не позволили: энергия сгустилась перед ним, отсекая от Мари, окружила, изолировала от чужих полей — от всех, кроме одного.
— А вот эту игрушку я бы посоветовала выключить и отдать мне, — раздалось рядом.
— С чего бы?
Лицо Мари выражало решимость, и казалось, что назад студентка шагнула не то случайно, не то против воли.
— С того, что иначе этим артефактом заинтересуется полиция. Ты уверена, что сможешь придумать уважительную причину его использования?
Мари помедлила в поисках достойного ответа, но спорить всё-таки не решилась.
— Пользуйся на здоровье, — язвительно предложила она, заставив собеседницу холодно рассмеяться.
— Так он без индивидуальной привязки? Как непредусмотрительно…
Уверенное прикосновение к локтю вывело Криса из роли наблюдателя.
— Потанцуем?
Вопросительная интонация была такой очевидной формальностью, что возражать не имело смысла.
— Он сегодня не танцует, — заметила Мари.
Крис широко улыбнулся.
— Для тех, кому опасно отказывать, я делаю исключения.
— Вот скажи: ты добрая ведьма или злая?
— Судя по тому, что забрала артефакт и не вызвала полицию, очень добрая. Но, возможно, не очень умная. — Джин осторожно опустила поблёскивающее разноцветными кристаллами кольцо в маленькую сумку, длинный ремень которой был привычно переброшен через плечо. — Ты как?
— На пять с плюсом, — улыбнулся Крис, уже не ведомый, но уверенно увлекающий колдунью к центру зала. — По десятибалльной шкале. Но это поправимо.
