Она старалась оставаться неподвижной, пока его руки блуждали по ее телу, уверенно пробираясь сквозь многочисленные слои одежды. В то время как он продолжал ласкать ее шею, его умелые пальцы расстегнули замок ее куртки и пуговицы кардигана, а потом и блузки. Он не показался ей терпеливым созданием, так что она нашла странным насколько методично и медленно он расстегивал каждую пуговицу.
Когда он добрался до самого внутреннего слоя одежды, тонкой хлопковой майки, альфа остановился. Не отрывая головы от ее шеи, он прошелся указательным пальцем по центру ее майки, словно ища скрытую застежку или завязку. Она закусила губу, когда длинный палец проплыл между ее грудями и, пройдя мимо пупка, остановился на джинсах. Его большой палец задел кнопку, на которую они были застегнуты. И преднамеренно ее дразня, медленными кругами обвел вокруг нее когтем.
Астрид стиснула зубы.
– Хватит тянуть время. Просто сделай то, что собирался сделать, и покончим на этом.
Он тихо рассмеялся.
– А ты бы этого хотела, да?
- Думаешь, я хочу быть изнасилованной? – спросила она и ее щеки запылали.
Она и моргнуть не успела, а Эрик уже был сверху нее, его большое тело бросало на нее мрачную тень. Он положил палец на ее губы и пощелкал языком. Человеческий жест конфликтовал с диким жаром в его взгляде.
- Ты хочешь, чтобы я разорвал твою одежду, раздвинул твои ноги и силой вошел в тебя. – он склонил голову набок, его губы изогнулись в насмешливой улыбке. – Ты хочешь, чтобы я тебя укусил, поцарапал и взял, как животное, которым, как мы оба знаем, я и являюсь. И знаешь почему?
Астрид смотрела на него широко раскрыв глаза и разинув рот.
– О чем, черт возьми, ты говоришь? Я
- Такая убежденность, - пробормотал он. Он положил руку на ее горло, достаточно плотно, чтобы послать новые волны адреналина, от которых загорелась ее кровь. – Я скажу тебе почему. Ты хочешь чтобы я причинил тебе боль, так что ты сможешь сказать себе, что была жертвой, что ты не хотела, чтобы я тебя трахал. Потому что тебе будет гораздо труднее солгать самой себе, если я соблазню тебя и ты будешь трястись, плакать и вымаливать мой член.
Астрид винила свою усталость, а не отталкивающую вероятность, что, по крайней мере, частично, он был прав – за свою неспособность сформулировать ответ. Вместо того чтобы ответить, она потянулась и попыталась отдернуть его руку от своей шеи. Ее собственная рука едва могла обхватить половину его запястья, что только напомнило ей, насколько она была уязвима.
Эрик наклонился вниз и почти ласково потерся носом о ее нос.
– Знай, маленький человек. Даже если я разорву твою одежду и заставлю встать на колени, даже если мои клыки вопьются в твою спину, я укушу тебя до крови и буду трахать, пока ты не закричишь, ты все равно будешь умолять меня дать тебе больше.
Их глаза встретились и Эрик твердо удерживал ее взгляд так же, как и ее шею. Она подумала, что видела отражение своих глаз в пылающем, напряженном взгляде его голубых глазах.
В них был испуг.
И возбуждение.
- Я и не знала, что тебе нравится играть с едой.
Эрик отодвинулся, когда холодный женский голос прорезал напряжение в комнате. Он наклонил голову набок, чтобы рассмотреть вошедшего. Вместо того чтобы казаться раздраженным, он поощрил ее улыбкой и обратился к ней насмешливым голосом.
- Люди пробуждают во мне самое худшее.
Астрид не сразу посмотрела на женщину. Ее внимание привлекла ярко освещенная голая грудь Эрика. Пока он отвлекся, ее глаза двинулись вниз, туда, где груда мышц переходила в заманчивый треугольник внизу таза. Она попыталась украдкой взглянуть на то, что было между его ног, но когда она это увидела, то не смогла сразу оторвать взгляд.
Он был огромный. Не
А
- Она будет твоей парой? – спросила женщина.
При упоминании слова «пара», внимание Астрид оторвалось от мужского достоинства Эрика. Она узнала слово или вернее то, что он означало для оборотней. Подавляющее большинство женщин оборотней, так же как и многие более слабые мужчины, были бесплодны. Поэтому альфы брали человеческих женщин в качестве своих пар или партнеров по размножению. Потомки вервольфов и людей почти всегда были оборотнями.
- Нет, - твердо ответил Эрик. – Она просто домашний питомец.
