Големы при появлении обезьяны разбегались или испуганно прижимались к стене, и ни один из них не напомнил Схинки о требовании доктора являться в лабораторию исключительно в стерильном комбинезоне, перчатках и шапочке. Требовании, о котором орангутан постоянно забывал, чем приводил женщину в неистовство.
— Катрин!
— Схинки, мерзавец, ты опять явился голым! — недовольно выкрикнула вышедшая из кабинета Далеб.
— Проклятье! — Орангутан повис на закрепленной под потолком перекладине, оглядел себя и выдал веселую улыбку: — На мне шорты и рубашка, но если ты хочешь видеть меня раздетым…
— Ты знаешь, о чем я, стервец!
По голосу Схинки понял, что женщина действительно зла, и немедленно стал серьезным:
— Катрин, прости, опять забыл.
И подкрепил извинение одной из самых умильных ужимок.
Несколько секунд Далеб буравила обезьяну недовольным взглядом, после чего махнула рукой.
— Когда-нибудь я тебя убью! — и удалилась в кабинет.
— Не обижайся! Пожалуйста!
Орангутан вернулся к главному входу, обругал големов, при их помощи облачился в комбинезон и заглянул в кабинет.
— Так лучше? — Сидящая за столом Катрин покосилась на Схинки, но промолчала, из чего обезьяна сделала вывод, что прощена. Во всяком случае, острая фаза конфликта осталась позади. — Как дела?
— Пришел за отчетом? — поинтересовалась женщина, не отрываясь от монитора.
— Я по тебе соскучился и не прочь позабавиться, — немедленно среагировал Схинки. — Если хочешь — можем прямо здесь, а големы потом вернут помещению нужную стерильность.
— Заткнись.
— Знаешь, как мне надоели лохматые самки?
— Привези себе лохматого самца.
— Ты совсем нетолерантна.
— Я достаточно толерантна, чтобы дать тебе по башке, — бросила Катрин. — Ты меня отвлекаешь.
— Делаешь что-нибудь важное?
— А как ты думаешь?
— Извини, просто шучу.
— А я просто не люблю, когда мне мешают.
— Еще раз извини.
Она действительно была увлечена работой. Совсем как в юности, когда только пришла в науку и жадно впитывала новые знания, ища свой собственный, уникальный путь, способный привести ее к славе и успеху. Не только личному, но и научному. Катрин была по-хорошему амбициозной, мечтала оставить след в истории, но довольно быстро поняла, что гениальные одиночки давно перестали делать в науке погоду. Исследования требуют вложений, вложения появляются лишь после долгого и серьезного обсуждения проекта с известными и авторитетными консультантами, и никто не даст гарантии, что у них не окажется собственных видов на перспективный проект. И легко может получиться так, что перед Нобелевским комитетом встанет совсем не тот человек, который на самом деле совершил открытие.
Современную науку двигают команды, а Катрин всегда стремилась к обособленности, не любила делиться замыслами и предположениями. Она обладала несомненным талантом, считалась перспективным ученым, видела, что для успеха в жизни требуются не только знания и профессионализм, но и некоторые другие качества, честно попыталась их в себе развить, не обрадовалась результату и… И очень вовремя получила предложение от Ярги, которому понравилось сочетание таланта и обособленности доктора Далеб. Для своего проекта первый князь Нави искал именно такого ученого и не ошибся в выборе. Они встретились в Нью-Йорке, куда Катрин прилетела на конференцию. Ярга представился частным инвестором, заинтересованным в услугах опытного ученого, вкратце обрисовал, чего бы он хотел от Далеб, услышал, что это невозможно, ответил, что невозможного в действительности мало, и в подтверждение своих слов мгновенно переместил их в Париж.
Демонстрация магических возможностей повергла Катрин в шок, но прошел он быстро, после чего молодая ученая засыпала Яргу таким количеством вопросов, что на какое-то мгновение первый князь пожалел, что остановил выбор именно на ней. Катрин интересовало все: откуда берется магия? Как применяется? Почему именно с помощью заклинаний? Какое воздействие оказывает на клеточном уровне? А на субатомном? Можно ли сохранить полученный эффект без расходования магической энергии?
Новые возможности, которые обещал сплав магии и науки, захватили доктора Далеб с головой. Она оставила работу в университете, испросив годовой отпуск без сохранения содержания «по семейным обстоятельствам», отправилась на остров, работала по пятнадцать часов в сутки и не уставала, получая наслаждение и от любимого дела, и от того, что у нее получалось.
— Мне нужны книги, — сообщила Катрин, отрываясь от монитора. — Я закончила последний том «Общего драконоведения» и хочу подробнее изучить работы, на которые ссылаются авторы.
— Я постараюсь доставить книги в течение пары дней, — пообещал Схинки, бегло просмотрев написанные на листочке названия. — Не думаю, что возникнут проблемы.
Ни одна из запрошенных работ не считалась секретной, они свободно продавались в магазинах Тайного Города, и их приобретение не вызовет подозрений.
— Буду благодарна, — сухо отозвалась женщина, которой не терпелось вернуться к работе. — Зачем явился?
— Соскучился.
— Мы виделись за завтраком.
— Ты не проронила ни слова.
— Ты говорил за двоих.
