— Вот теперь удобненько. — Райан, усмехнувшись, кивнул. — Ник, тесная связь с твоей стаей имеет свои привилегии.
Закрыв глаза и закинув руки за голову, Ник произнёс:
— Хотел бы я то же самое сказать. Но ты меня всё ещё бесишь.
Смеясь, Деррен достал iPod с наушниками и вставил в уши.
Данте закатил глаза на Ника.
— Ты просто бесишься, потому что не можешь держать Маркуса подальше от своей сестры.
— Я не бешусь. Мы с Фуллером пришли к пониманию: если он причиняет вред Рони, я поиграю с частями тела, которые она срезает.
Трей заговорил с Ником:
— Любой другой альфа скормил бы тебе твои почки за то, что ты намеривался усложнить жизнь их друга. Но мне тебя было жалко.
Ник открыл глаза.
— Жалко?
— Ты действительно верил, что сможешь отпугнуть его. Забавно было наблюдать.
Данте хохотнул.
— Маркус — прирожденный охотник, когда он чего-то очень хочет, будет добиваться этого с невыносимым терпением… любое препятствие будет сметено к чертям. С самого начала ты сражался в проигранной битве.
«Чертовски верно», — подумал Маркус.
Ник зарычал на Данте.
— Гарсия, иди к чёрту. — Не обращая внимания на смех беты, Ник вновь закрыл глаза и откинулся.
Повернувшись к стае, Данте улыбнулся.
— Джейми очень расстроится, что не поехала.
Тарин фыркнула.
— Это ты расстроен, что она не поехала с нами. Тебе ненавистно её оставлять.
— Конечно, она же моя пара.
— Ты должен признать, что немного заботливее большинства, — протянул Райан.
— У меня не было выбора… Она летать боится.
Тарин улыбнулась.
— Какое прекрасное оправдание для попытки контролировать её.
Данте тоже улыбнулся.
— Угу.
Рони же задумалась, какая она счастливая, что Маркус её не контролирует, но потом ей пришло в голову, а зачем ему это собственно? У него не было причин. Он поставил ей временную метку, но это не тоже, что брачная. Брачная связь метафизическая, усиливает каждую эмоцию. Связанный мужчина собственник и сверх защитник до такой степени, что начинает контролировать и доминировать. Это часть связи, часть страстных отношений пары. Хотя чаще из-за этого пары конфликтовали, но это не уменьшало их чувств.
Памятуя о боли матери после гибели отца, Рони гадала, хороша ли вообще эта брачная связь? Кэти может и жила, но без пары уже неполноценно. Но Кэти сказала Рони, что ни о чём не сожалеет и что, если бы ей предоставили выбор прожить жизнь заново, она всё равно выбрала бы спаривание, даже зная, что пара погибнет, и большую часть жизни Кэти проживёт одна. Она сказала, что если Рони найдет пару, то должна ухватиться за него, чтобы связь была священной и особенной. Но, честно, Рони не была уверена, что сможет когда-то познать силу эмоций, приходящую через брачную связь. В душе Рони такая сумятица, что даже налети она на свою пару на улице, не узнает его. Лучший шанс на пару — запечатлеться, хотя она сомневалась, что найдётся парень, способный выдержать и её, и её сумасшедшую семейку.
Хотя Шайя была уверена, что Рони и Маркус запечатлеются, Рони сомневалась. Несмотря на то, что она решила проверить, куда приведут отношения с Маркусом, не могла поверить, что всё зайдёт так далеко.
Во-первых, у неё было столько недостатков, и неимоверный багаж, с которыми она не знала, как разобраться. Во-вторых, Маркус невероятно преданный. Если они продолжат отношения, у него могут возникнуть чувства, что он предаёт свою истинную пару. Рони хотела спросить, как далеко он готов завести их отношения, но не была уверена, что хочет знать ответ. Было бы больно услышать, что для него это просто способ хорошо провести время, в поисках истинной пары.
На самом деле, учитывая, насколько ревнива волчица Рони, Маркус бы оказался в опасности.
— О чём ты так серьёзно задумалась?
Прервав ход мыслей, Рони дважды моргнула и посмотрела на Маркуса, который начал рисовать на её ладони круги большим пальцем. Как и он, она говорила тихо, чтобы разговор не подслушали:
— Просто интересно, что мы будем делать, если ничего не найдем в Сиэтле.
— Ты же знаешь, что можешь отправиться в ад за это? — Маркус в наказание прикусил запястье Рони, а затем лизнул место укуса. — Если не хочешь говорить, что тебя так беспокоит, хорошо. Но не ври.
— Хорошо, если я не скажу тебе? — Подозрительно. Маркус — любопытный, назойливый ублюдок.
— Ладно, не хорошо — с улыбкой признался он. — Мне не нравится, что тебя что-то беспокоит. Я хочу исправить это.
— Я не очень-то люблю делиться.
— Знаю. Но я бы хотел, чтобы ты делилась со мной переживаниями.
В этот момент появилась человеческая женщина, с толстым слоем макияжа и практически замаринованная в духах.
— Привет, я Хейзел, ваша стюардесса. Вам что-нибудь принести?
Она смотрела исключительно на Маркуса, рассказывая о продуктах в меню, которое она передала ему. В её глазах сияло вожделение, Рони просто хотела выцарапать их ей.
— Не надо, спасибо, — ответил он с вежливой улыбкой. Маркус поел за мгновение до посадки на самолёт. — Хочешь чего-нибудь, дорогая? — Рони покачала головой, и Маркус передал меню стюардессе. — Нам ничего не надо.
