— Нет, я всё решил за тебя. — Он хотел себе Рони. Но, хотя она в это и не верила, она достойна заботы. Белая и пушистая? Нет. Общительная и дружелюбная? Тоже нет. Вежливая и открытая? Уж точно, нет. Но она не жестокая, не чёрствая, не злая, не эгоистичная, не мелкая и в ней не было ненависти.
Маркус хотел узнать, что имела в виду Шайя, говоря, что у Рони очень глубокие эмоции. Она неприкрыто и очень сильно переживала. И выражала это самым простым способом. Например, заставляя Шайю запасаться любимыми пончиками, ухаживала за Каем и делилась с Маркусом кусочком торта. Такие поступки могут казаться пустышкой, но исходящие от Рони, у которой проблемы с устным выражением чувств, они значили много.
Маркусу нравились причуды: леденцы, бесполезные факты, антисоциальные футболки. Может другой мужчина не нашёл бы всё это очаровательным, но ему нравилось. Он никогда не думал, что кто-то так мало улыбается, поэтому ему было очень приятно, когда из-за него на её лице появлялась улыбка.
Она постоянно его забавляла, особенно когда люди пытались задеть её. Она плевала на мнение людей и старалась не влезать в конфликты. Поэтому просто игнорировала людей, говоря им идти подальше или затыкая их бесполезным фактом.
Но когда она участвовала в конфликте, действовала настолько агрессивно, что он сильно возбуждался.
Услышав рингтон своего телефона, Ронни простонала:
— Моя мать.
— Ты не станешь отвечать?
— И выслушать очередную лекцию о том, как я передаю свою пару, встречаясь с тобой? После чего она дополнит лекцию парочкой оскорблений, напоминая, что не такую дочь она хотела. Нет, спасибо, я пас.
Он поцеловал ее в ладонь.
— Она очень любит тебя, просто не понимает.
— А ты понимаешь, да?
— Да, как и ты понимаешь меня. — Сквозь очарование она увидела того человека, которого мало кто видел. Заметила все его шероховатости, но всё равно было рядом. — Не беспокойся, Рони. Разве плохо, чтобы хотя бы один человек тебя понимал?
Как ни странно, но, абсолютно, нет. Сколько Рони себя помнила, ей казалось, что она не вписывается в общество. Людям всегда не нравилось, что Рони отличалась. Ей удалось сблизиться лишь с несколькими людьми. Но с Маркусом… казалось, она нашла своё место, как бы ни парадоксально это звучало.
— И всё же Трик знает тебя лучше. — Это беспокоило, хотя и было глупо.
Маркус прикусил её нижнюю губу, затем облизнул.
— Нет, не знает. Не потому что плохо меня знает, а потому что ты видишь больше. — Она рассмотрела за красивым фасадом нечто глубже. Маркусу это нравилось.
— Боже мой, Маркус! Что ты здесь делаешь? — По-амазонски красивая женщина практически летела к ним с выражением полного восторга на лице. — Как поживаешь. Я не видела тебя с тех пор, как… — она замолчала, остановившись прямо посреди закусочной, когда заметила Рони, после чего округлила глаза, побледнела и открыла рот.
— У неё какие-то проблемы? — спросила Рони, не поняв, то ли женщина шокирована, то ли в ужасе. А может и то и другое вместе, но она была уверена, что не знает Амазонку, которая, похоже, её знала.
Маркус нахмурился.
— Не знаю.
Через мгновение женщина пришла в себя.
— Прошу прощения, я обозналась, — обратилась она к Рони.
Это всё объясняло. Но Рони казалось, что женщина лжёт напропалую.
— Я — Керри из стаи Таган. Оттуда и знаю Маркуса. Мы с ним… ну… были… к-хм, ну, ты поняла.
Ох, ещё как поняла. А ещё поняла, что Керри хотела ткнуть Рони носом в это. Сука. Поэтому она не удосужилась представиться. Грубо? Ну и отлично.
— Это Рони, — произнёс Маркус, нарушая напряжённую тишину.
— Рада познакомиться с тобой, Рони. — Рада? Вот вообще не похоже. Керри перевела внимание на Маркуса и ярко улыбнулась. — Как ты? Отлично выглядишь. Лучше, чем при нашей последней встрече, которая была… — Она мимолётом глянула на Рони. — Неважно. Как дела в стае Феникс?
Маркус уже много общался с женщинами, чтобы понять, когда они заявляли: «Я с ним спала» другой женщине. Но от Керри, которая, на его взгляд, не была мелочной или стервозной, он такого не ожидал. Вот теперь она выступила под другим светом. Успокаивая и передавая немое послание и Рони, и Керри, Маркус поцеловал ладонь Рони и продолжил водить большим пальцем по её запястью.
— Всё хорошо, спасибо.
Глядя на амазонку, Рони поняла, что прежде никогда не ревновала, по крайне мере, не чувствуя жгучее желание перепрыгнуть через стол и вырвать у сучки спинной мозг. Сейчас вот это казалось отличным планом. Её волчица была уверена, что так и надо поступить, несмотря на собственнический жест Маркуса. Рони не успокоил, но, всё же, принёс немного удовольствия, блеск горечи в глазах Керри. Сучка завидовала? Забавно.
Керри взяла стул.
— Не возражаете, если я присоединюсь?
— Возражаем, — ответила Рони. Если Маркус её не поддержит, она уйдёт.
— Извини?
— Я не внятно сказала?
Керри открывала и закрывала рот, а затем спросила:
— Я тебя чем-то обидела?
— Обидела? — Рони фыркнула. — Ты лом проглотила? — Не может эта никчемная обидеть Рони.
— Слушай, если я тебя чем-то задела или что-то…
