Лика ничего не понимала – на надгробии имена, чужие фамилии: «Кто здесь покоится?» – задавалась она вопросом, потому что видела – это явно были очень дорогие для Рустама люди. Он смотрел только вдаль, сквозь голые, безлистные деревья, дышал тяжело и был так напряжён, словно сейчас переживал момент очень тяжёлых для него воспоминаний.
И Милолика была права – Рустам действительно мысленно унёсся далеко в прошлое.
У них была по его мальчишеским меркам обычная семья – мама, папа, он и кроха сестрёнка. Он, бывало, слышал, как мать с отцом скандалят, замечал, как плачет мать и пытался в меру своих детских сил успокоить её, защитить от отца во время скандалов¸ которые стали происходить всё чаще.
Однажды, когда он увидел, что отец замахнулся на мать, бросился на её защиту. Это наверно и стало отправной точкой в его дальнейшей судьбе.
Рустаму было девять, когда его отправили на обучение в Европу. Мальчишке было первое время очень тяжело – другая страна, менталитет, язык, но он быстро приспособился. Да и не могло быть иначе – он всегда умел постоять за себя. А когда подростком познал вкус отцовских денег, и почувствовал, какие удовольствия они несут, тогда он перестал переживать по поводу того, что за всё время его обучения мать ни разу ему не написала, не позвонила. Он даже не видел её во время очень редких и коротких каникул. Только когда ему исполнилось четырнадцать, от отца узнал, что она бросила семью, загуляла с каким-то мужиком и уехала в неизвестном направлении.
Этот удар Рустам долго переживал и старательно отвлекался на шумные тусовки, которые устраивали такие же мажоры сверстники, с которыми он обучался. Разгульная жизнь, доступные женщины, оргии – всё испробовал Рустам и к выпуску считал себя крутым мужиком, прожжённым бабником, всех женщин – шлюхами, а потому ни одна из них, как и его мать не заслуживали какого-либо уважения.
Работать, набираться опыта Рустам начал там же, в Европе и когда пришло известие о том, что его сестрёнка выходит замуж, вернулся на несколько дней в Россию. Жених Малики оказался сыном конкурента отца. Это обстоятельство естественно Рустаму не понравилось, как и понимание, что браком дочери, отец пытается спасти свой бизнес. Он был взбешен, да и сестра – девчонка совсем несмышлёная, только восемнадцать исполнилось! Только вот разборок ему не дала устроить сама Амина – смотрела на жениха сияющими глазами и умоляла Рустама не вмешиваться:
– Я люблю его, – шептала девушка, опустив глаза. – Знаю – отец использует наш брак, но чувствую, что и я любима. Пожалуйста, не ругайся, дай мне шанс на счастливую жизнь.
– Если он тебя обидит, – начал Рустам, прижимая сестрёнку к себе.
– Я обязательно сообщу тебе, – шептала с улыбкой Амина, обнимая брата в ответ.
Рустам внимательно наблюдал за сестрой и её женихом и до свадьбы, и на церемонии. Удостоверившись, что и парень смотрит на Амину с нежностью – успокоился. Единственный момент омрачил его приезд – свидание с матерью.
Вот уж кого он не ожидал увидеть и с кем наотрез отказывался говорить. Отец на церемонии бросал на мать яростные взгляды, но она, гордо вздёрнув подбородок, держалась едва ли не за спиной своего двоюродного брата – Амирханова Артура Каримовича, который и отцу приходился пусть и очень дальним, но родственником.
Уже перед отъездом, мать всё же нашла способ, поймала его на улице среди людей. Она едва ли не упав на колени, молила её выслушать и Рустам уступил. Не потому что проникся её мольбой, а для того, чтобы избежать публичной сцены.
Едва устроились за дальним столиком ближайшего кафе – мать начала рассказ:
– Аминочке едва исполнился годик, а тебе уже было семь, когда я узнала что Дамир мне изменяет. Скандал устроила, плакала, и он обещал больше не смотреть в сторону других женщин. Простила его, ну а куда бы я делась – любила так, что когда его видела – сердце в груди замирало. А дальше… – она судорожно вдохнула, не поднимая взгляда на сына: – дальше узнала, что та любовница была не первая, да и не единственная, – горько усмехнулась: – Вот тогда я и захотела уйти от Дамира, тогда он первый раз меня избил. Ты не видел – я вас с Аминкой к бабушке отправила. Но не знала я, что он пошлёт своих людей и Амину от моей матери забрали. Не насильно, просто сказали, что от меня приехали. Он шантажировал меня – говорил, что не вернёт дочь, если я не выброшу дурь из головы. Опять скандал и ты тогда маленький ещё – кинулся меня защищать. Вот после этого он и отправил тебя учиться за границу.
Мать схватила стакан с водой, отпила и продолжила:
– Амину он вернул. Я уже нашла способ сбежать, когда его не будет дома. Потихоньку, тайком собрала вещи, а вечером Дамир пришёл, сказал, что хочет серьёзно поговорить – решить наши проблемы миром. Я и не заподозрила ничего. Сели за стол – он мне вина налил половину бокала, я выпила…
– Женщина с горькой усмешкой покачала головой:
