Антон, который явился, едва она проснулась, бросая на девушку укоризненные взгляды, забрал все гаджеты и только горничная приносила еду, к которой Лика не притрагивалась. У неё и в мыслях не было объявить голодовку, просто каждый раз глядя на поднос с тарелками, к горлу подступал противный комок, и она поспешно отворачивалась.
Выспавшись, Лика то сидела на подоконнике и смотрела на улицу, то бралась за рисование и сразу бросала – уж слишком тоскливые мысли выплёскивались на бумагу мрачными зарисовками.
Больше всего девушку тревожила не изоляция, а предположение, какое наказание последует далее, потому, как была уверена – так просто ей с рук поступок не спустят.
Но наконец, наступило утро, и Людмилка ластясь к сестре, крутясь юлой, подняла Милолике настроение перед учёбой, а разговор с Надеждой между лекциями, немного развеял мрачное состояние.
Лекции закончились и Лика, следуя по пятам за телохранителем, понуро спустилась по ступенькам крыльца. Ничего не радовало девушку, и даже солнечный день не мог развеять её тревожных мыслей. Чуть поморщилась от раздавшегося рядом женского смеха и только в этот момент отметила, что рядом со стоянкой авто прогуливаются девушки студентки, прошла чуть дальше и потом поняла причину этого странного дефиле.
Там, где обычно стоял выделенный для неё автомобиль с водителем, сейчас стоял шикарный, чёрный внедорожник, а рядом, опершись на капот в небрежной позе, ожидал Рустам.
Остановившись от неожиданности, Лика обвела взглядом жениха – выглядел он конечно шикарно – строгого кроя тёмно-бежевое пальто распахнуто, демонстрируя джинсы и чёрный джемпер, руки сложены на груди, волосы немного взъерошены, а взгляд устремлён прямо на неё. От этого чёрного взгляда, не предвещающего Лике ничего хорошего, она сглотнула.
Подавив в себе острое желание, развернуться и сбежать, старательно игнорируя колкие взгляды окружающих, гордо вскинула подбородок, направляясь навстречу к Рустаму. Стоило ей приблизиться, как он молча распахнул переднюю дверь внедорожника, помогая ей усесться. Мягко закрыл дверь и, обойдя авто, сам сел за руль.
Это был первый раз, когда он сам приехал за ней и в другой момент она бы скорее всего сияла глазами, заливаясь краской смущения. Сейчас же внутренности девушки сковал ледяной страх. Сцепив руки на коленях, молча смотрела вперёд, когда автомобиль выруливал со стоянки, затем вливался в поток машин. Рустам так же молчал, что ещё больше добавляло ей нервозности.
Машина проехала по улицам, выехала за город и когда по обеим сторонам дороги замелькали деревья, у Лики промелькнула страшная мысль, что он её сейчас где-нибудь по-тихому прикопает, чтобы не доставляла больше проблем. А когда авто замедлив ход свернуло в сторону и Лика увидела ограду кладбища, так её вообще прошиб холодный пот.
«Вдох, выдох… Главное не скатиться в истерику!» – уговаривала себя Милолика, когда автомобиль остановился, и Рустам бросил ледяным тоном: «Выходи». Застыла каменным изваянием не в силах пошевелиться и едва не шарахнулась в сторону, когда дверь с её стороны распахнулась.
– Тебе нужно особое приглашение? – голосом Рустама можно было крошить ледяные глыбы, таким резким, тяжёлым он был.
– Я… я не хочу, – пролепетала девушка, безотрывно смотря только вперёд, и смогла кинуть на него взгляд, только после того, как услышала протяжный мужской вздох:
– Блядь, как же с тобой тяжело, – Рустам мотнул головой. – Тебя насильно вытащить?
– Не надо, – прошептала Милолика, понимая, что он действительно это сделает – просто выдернет её из салона и как бы она не кричала, никто ей не поможет, и это только разозлит мужчину.
Вылезла из машины и едва не упала на подкосившихся ногах. Рустам не помог ей, просто бросил тяжёлый взгляд, захлопнул дверь и, опять бросив короткое: «Пошли», – направился в сторону ворот.
Ноги подгибались, руки тряслись, ладони вспотели, а Лика, понурив голову, плелась за Рустамом. Бросила только один взгляд за спину, увидев, что рядом с внедорожником, на котором они приехали, стоит ещё один такой же представительный автомобиль, у которого находятся трое мужчин, один из них был её телохранителем.
«Охрана Рустама», – отстранённо подумала девушка, отворачиваясь.
Пропетляв по тропинкам, замерла, когда к Рустаму подошёл один из его охраны и протянул корзину, заполненную белыми лилиями.
Пару раз моргнув, Лика, нахмурившись, озадаченно наблюдала, как Рустам взял корзину, прошёл дальше за ограду одной из могил, подошёл к лежащей на земле как огромный постамент гранитной плите и поставил на неё цветы.
Лика сама не заметила, как маленькими шажками проследовала за Рустамом. На большом постаменте стояли две мраморные фигуры – мужчина обнимал женщину, у которой на руках был младенец. Что-то странное шевельнулось в душе девушки, когда она увидела сникшую голову Рустама, ссутулившуюся спину. Вот он резко выпрямился, застыл, вцепившись в край мраморной статуи женщины так, что побелели костяшки пальцев.
