— А ты давно приехал сюда? — неожиданно даже для самой себя спросила девушка. Ощущение, что она не может сейчас встретиться с другом взглядом, давало странную уверенность и лёгкость в изложении мыслей. После недолгого молчания послышался ответ:
— Четыре дня назад, — он помедлил ещё немного и продолжил. — Позавчера нашёл тот дом, но охранники не пропустили меня дальше холла. Вчера дежурил сутра на улице. Даже не поверил, когда увидел тебя. Да ещё и одну.
— Хорошо, что не впустили, — вздохнула Ева. — Он бы точно убил тебя.
— Я долго готовился к встрече, — проронил Саша без лишней гордости. — Обещал, что без тебя домой не вернусь.
— Кому обещал?
— Твоим родителям… Карине.
— Ты нашёл её?! — забывшись от внезапной радостной новости, блондинка чуть одёрнула шторку.
Мужчина тут же отвернулся, прикрывшись ладонью, как шорой.
— Да, нашёл, — произнёс он с некоторым укором. — Ты не выскакивай так резко, пожалуйста.
— Прости! — она с невинной улыбкой снова спряталась за узорчатый материал, настроение стремительно поднималось. — Я просто так рада! Как она? С ней всё хорошо?
— Да, она в порядке, очень волнуется за тебя. Обещала рассказать всё, что с ней было в последние полтора года, когда мы с тобой вернёмся.
— А вы что, не успели пообщаться? — удивилась Ева.
— Нет, Карина переехала в другой город с родителями и, когда я её нашёл, успел только быстро поговорить по телефону, потом она приехала в аэропорт, чтобы меня проводить.
— Так долго пришлось искать? — задумчиво спросила девушка, смывая с волос остатки мыльной пены.
Затянувшееся молчание собеседника заставило её прикрыть струю воды рукой, прислушаться — здесь ли он ещё?
— Я не мог сразу начать поиски, — наконец произнёс он тихо.
— Почему? — она тайком выглянула из укрытия желая понять, что происходит с другом, смущён он или грустит. Хмурое лицо показалось ей удрученным и задумчивым, будто юноша не решался сказать правду. Чуть помолчав, он упёрся взглядом в потолок и, прикрыв глаза, ответил:
— Потому что отбывал срок в исправительной колонии общего режима.
Ева замерла, глядя на встревоженного покровителя, он будто ждал от возлюбленной приговора, так напряженно сошлись его брови над плотно закрытыми глазами.
— Почему? — снова спросила она в тихом недоумении.
— Потому что неподобающе вёл себя в участке, — буркнул Саша, опуская голову, — когда пытался добиться, чтобы тебя начали искать в первую очередь… у них, — он машинально посмотрел в сторону замолчавшей за шторкой девушки и взоры их встретились. Оба этого боялись — взгляни они друг на друга раньше, разговор мог стать куда более болезненным, а мог и не состояться вовсе, но, как не странно, это принесло некоторое облегчение. Ни один не увидели в глазах собеседника отвращения или укора, они просто поняли друг друга без лишних слов и были рады, что незримый барьер, не дающий долго смотреть в глаза, наконец рухнул. Теперь, возможно, не нужно будет так часто прятать взгляд, стараясь не ранить чувства другого и не обжечься самому.
— Сколько ты там пробыл? — Ева продолжала смотреть прямо без прежнего смущения.
— Четыре с половиной месяца, — ответил друг более уверенно.
Она снова спряталась и перекрыла воду. Поняв, что девушка собирается выходить, Саша развернулся лицом к двери, уткнулся лбом в тёмное дерево. Становилось жарко — то ли от накопившегося в небольшой комнатушке пара, то ли от ощущения, что за его спиной сейчас появится обнаженная искусительница, от которой не будет отделять ничего, кроме тонкого слоя собственной одежды.
Прошло немного времени, и мужчина ощутил, как тёплые руки обвивают его грудь. Сердце остановилось, когда они потянули слегка, разворачивая к желанной возлюбленной. Он просто не знал, чего можно ожидать и как следует поступить. А вдруг она голая? Вдруг он не сумеет себя сдержать? Да, он любит избранницу нежно, хочет согреть её душу, но он тоже человек! И человек, которому она небезразлична во всех смыслах. В нём тоже кипит и бушует страсть, но обожатель всё время подавлял её, будучи уверенным, что именно пылающее вожделение сейчас нужно меньше всего. Так что же делать, если Ева хочет именно того, на что толкает влечение слабой плоти?
Он нервно сглотнул и медленно повернулся, но, вопреки всем пугающим ожиданиям, увидел перед собой зелёные глаза, переполненные виноватой печалью. Девушка придержала рукой не до конца застёгнутую рубашку, которая была велика ей размера на три, всё так же отчаянно смело глядя на друга, стараясь удержать собственные слёзы, убрала от лица налипшие пряди мокрых волос и наконец прильнула к горячей груди, вновь обхватив руками широкую спину.
— Прости меня, — прошептала она, уткнувшись носом во влажную от пара белую ткань. — Пожалуйста, прости.
Саша тихонько выдохнул с облегчением, улыбнулся своей неизменно доброй улыбкой, крепко прижал её к себе, закрывая глаза и опускаясь щекой на мокрую макушку. И им обоим стало так хорошо и спокойно, что все дурные воспоминания показались лишь кошмарным сном, который никогда больше не повториться.