…После совещания в 9-м танковом корпусе, на котором мне довелось присутствовать, я встретился с каждым начальником политоргана. Накопилось немало проблем, которые стоило обсудить. Кроме всего прочего, такие встречи, ставшие уже традиционными, как-то сближали нас всех, способствовали лучшему взаимопониманию, созданию обстановки особой доверительности, обогащали полезной информацией. Политработники откровенно говорили, что, где, кого «жмет», делились своими задумками, планами.
Пока главные силы танковых корпусов приводили себя в порядок, высланные их штабами разведорганы вели разведку ближайших подступов к пограничной реке Нотець. Они стремились во что бы то ни стало выявить слабо прикрытые участки на переднем крае померанского укрепленного района.
Передовые части 1-го механизированного корпуса теперь наступали на новом для него юго-западном направлении. После упорных боев они овладели городом Оборники, расположенном на северном берегу реки Варта. Но форсировать с ходу реку не удалось из-за сопротивления противника. Для решения этой задачи требовалась основательная подготовка. В первую очередь необходимо было подтянуть артиллерию, которая отстала из-за нехватки горючего.
Поскольку 1-му механизированному корпусу предстояло первому вступить на территорию фашистской Германии и вести там боевые действия, я направил в помощь политотделу группу армейских лекторов и агитаторов для проведения соответствующей политико-воспитательной работы с личным составом. Это было тем более кстати, что политотдел корпуса несколько ослаб: в боях за Оборники получил ранение и был направлен в госпиталь начальник политотдела полковник Н. С. Матвеев. Его обязанности выполнял заместитель подполковник Б. Канцлер.
25 января в первой половине дня я тоже выехал в 1-й механизированный корпус. Хотелось глубже вникнуть в работу политотдела, посмотреть, как используются наши лекторы и агитаторы. В тот день с утра повалил густой снег, затем разгулялась пурга. Видимость резко ухудшилась, и, помнится, мы немного «поплутали» в дороге.
Встретивший нас подполковник Б. Канцлер подробно ознакомил с планом работы на ближайшие два-три дня. Чувствовалось, что у Матвеева заместитель, как говорится, на месте, умеет держать руку на пульсе жизни. Основу плана, как мы и рекомендовали на совещании, составляли мероприятия по воспитанию у воинов советского патриотизма и пролетарского интернационализма, высокого наступательного порыва.
Подполковник Канцлер сообщил, что лекторы и агитаторы политотдела армии находятся в частях и подразделениях корпуса. Темы их выступлений — о чести и достоинстве советского воина, поддержании высокой бдительности.
Наш разговор уже подходил к концу, когда на КП корпуса неожиданно появился генерал С. И. Богданов. «Раз прибыл сюда сам командующий, значит, быть новостям», — подумал я, направляясь в штаб. Семен Ильич, заслушав краткий доклад командира корпуса об обстановке, проинформировал его о недавнем разговоре с командующим фронтом. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков остался недоволен тем, что корпус не смог с ходу преодолеть реку Варта. Узнав же из доклада генерала Богданова, что на реке Нотець выявлен слабый участок обороны противника в районе Чарнкув, маршал дал указание: «Где угодно форсировать Нотець, но необходимо обязательно прорваться через УР».
Командующий армией объявил свое решение о переносе усилий 1-го механизированного корпуса в район Чарнкува и приказал генералу С. М. Кривошеину срочно повернуть корпус от реки Варта и, совершив марш в северо-западном направлении, овладеть Чарнкувом, форсировать Нотець и захватить на ее западном берегу плацдарм.
С этого плацдарма войска армии должны были развивать наступление с целью прорыва померанского УРа в его южной части. Для организации переправ на реке корпусу придавалась 18-я мотоинженерная бригада и 4-й понтонно-мостовой полк. Командующий артиллерией армии генерал-майор Г. Д. Пласков уже направил туда 198-ю артиллерийскую бригаду.
Генерал Кривошеин оценил обстановку, принял решение в отдал начальнику штаба полковнику В. В. Ершову необходимые распоряжения. В передовой отряд выделялась 219-я танковая бригада, находившаяся во втором эшелоне корпуса. За ней должна была двигаться 35-я механизированная бригада.
— Когда передовой отряд пройдет здесь? — спросил командующий, посмотрев на часы.
— Полагаю, через полтора часа, — ответил комкор.
— Хорошо, проверим, как красноградцы умеют поворачиваться, — улыбнулся Богданов.
Затем командарм поделился с генералом Кривошеиным своими наметками по дальнейшему использованию механизированного корпуса и других соединений армии для прорыва Померанского укрепленного района. В заключение сказал:
— Ну что ж, Семен Моисеевич, красноградцам выпала честь первыми ворваться в логово фашистского зверя. А там до Одера не так уж много: полторы сотни километров. Еще полсотни — и Берлин.
— Думаю, задачу свою выполним. Конечно, с вашей помощью, товарищ командующий…
