В е л т а. Сколько помню себя, столько помню и вашу тетушку, и всегда она была такой же.
М а т ь. При Ульманисе{93} она еще у последних баронов Корфов экономкой служила. Когда бароны уехали в Германию, она нанялась на корабль и в войну находилась за границей, даже в Аргентине побывала и много где еще.
Б а б у ш к а. Пойдем на кухню. Как бы она не перетрудилась в такой жаре.
М а т ь. Сколько раз я ей говорила, чтоб отдохнула, да разве она послушает?
Б а б у ш к а. Куда там.
М а т ь. Надо думать, мужчины за это время кончили засолку.
Д е з и я. Спасибо вам большое за все.
Б а б у ш к а. Какое-то время еще погодите ходить.
В е л т а. Дези, ты хорошо себя чувствуешь?
Д е з и я. Будто ничего и не было.
Р и т а. Со стороны выглядело жутковато.
Д е з и я. Да, ты даже закричала… Убежала бы, один ведь такой убежал…
Р и т а. Дези, ты иронизируешь?
В е л т а. Над Райвисом?
Н е в е с т к а. Добрый день.
Д е в у ш к и. Добрый день.
Н е в е с т к а
Вы, верно, заждались, но мне сперва надо было пойти переодеться, потому что тетушка говорила про какого-то одухотворенного молодого человека, а можете себе представить, на что я была похожа, вымазавшись в кровяной колбасе… Где же этот юноша?
В е л т а. Тебе ли, замужней женщине, интересоваться юношами?
Н е в е с т к а. Теоретически вроде бы не мне…
В е л т а. Это мои подружки, Дезия и Рита.
Н е в е с т к а. Очень приятно.
Входи и развлекай девочек, пока не сядем за стол.
В е л т а. Привет, Янис!
Я н и с. Привет, Велта!
Н е в е с т к а. Янис только недавно демобилизовался, а уже успел матерей всех местных девушек друг на дружку натравить…
Р и т а. Почему?
Н е в е с т к а. Да посмотрите на него! Ходит-бродит детина оленем этаким, неженатый-холостой! Ну как тут девчонкам с ума не сойти?
С ума сойти, заболеть, лунатичками стать!
В е л т а. Познакомься, Янис, с моими подружками.
Я н и с
Р и т а. Рита.
Я н и с
Д е з и я. Дезия.
Я н и с. Это ваше имя или вас так называют?
Д е з и я. Это имя. Называют меня Марго.
Я н и с. Смеетесь…
Д е з и я. Это от английского, Дезия в переводе значит «маргаритка». Потому.
Я н и с. Ясно. Я буду вас звать… нет, все-таки Дезия.
Д е з и я. Пожалуйста.
Я н и с. Красиво звучит.
Д е з и я. Вы считаете?
Я н и с. Да. И как-то подходит.
Р и т а. С именами вроде ясно, а дальше?
Я н и с. Дальше?
Р и т а. Разве вам не велено развлекать нас до обеда?
В е л т а. Я тоже жду, как ты будешь это делать.
Я н и с. Право, не знаю, надо подумать…
В е л т а. Думай, только не очень долго, а то возникнут подозрения, что хочешь соврать.
Д е з и я. Велта, помнишь, что о нем сказала тетушка?
Р и т а. Да! Правдивым он будет в серый денек.
Я н и с. Она так сказала?
Д е з и я. Да, и, следовательно, сегодня ждать нечего, поскольку светит солнце.
Я н и с. Уже не светит. Когда я шел, закатилось за ели у мельницы… Армейская жизнь вам, вероятно, будет мало интересна? Хорошо, я придумал. Поговорим об опере.
Р и т а. Браво.
Я н и с. Вы опять смеетесь…
Р и т а. Нет, нет, говорите. Пожалуйста! Об опере!
Я н и с. До армии, когда я еще учился в профессионально-техническом училище, я несколько раз был там, то есть в опере, и мне очень нравилось. А потом перестал ходить, потому что охотников составить мне компанию среди приятелей не было, а одному мне казалось неудобно.
Р и т а. Почему же неудобно? В опере!
В е л т а. Действительно, знаешь ли. Сиди себе на своем месте, слушай да смотри.
Я н и с. Во время действия — верно, а в антракте? Мне казалось, что все на меня смотрят… Да! Я чувствовал себя таким потерянным, слоняясь в одиночку по фойе, и решил: сяду-ка лучше в зале и буду учить наизусть содержание, напечатанное в программке… В конце концов я отказался от посещения оперы, хотя мне там в самом деле нравилось, потому что с моих товарищей хватило одного-единственного раза, когда классный руководитель устроил коллективный поход, больше они ни в какую не желали.
Р и т а. А девочки?
Я н и с. У нас на курсе были только мальчики.
Р и т а. Почему именно на вашем курсе, вообще. Пригласили бы какую-нибудь девочку.
Я н и с. Девочек я тогда еще стеснялся.
В е л т а. Непохоже было.