Скрип половиц. И мысли, мысли... вдовцом быть выгоднее, нежели разведенным. Нет, все поймут... не понимали, когда Мар противился разводу, цепляясь за нелепые отношения с простолюдинкой. А развод... развод - это разумно.
Смерть - прилично.
И кажется... кажется, Мар неспроста позволял убивать тех девушек... ведь если жертв станет немного больше...
- Его невозможно контролировать, особенно теперь... я не знаю, где он нашел нож, мне казалось, я решила эту проблему...
- Как?
- Выкинула. В море.
- Мама!
- Что? Эта вещь сводила меня с ума...
...а рыжего сделают виноватым. Или преступником? В любом случае, посмертно. И конечно, будет расследование. И несчастный вдовец, который горе свое изживет в работе... это романтично и практично, что редко бывает...
- ...я видела его... я слышала его голос... голос твоего прадеда... он смеялся надо мной. Называл бестолковым найденышем... слабенькой девочкой, которая ни на что не способна... которую только и можно использовать, что на развод. Да и то, не факт, что потомство будет удачным.
Надо же, какие откровения.
- Мама, он давно умер...
- Умер, - эхом отозвалась эйта Ирма. - Конечно, умер... по-другому быть и не могло... никто не боится целителей, а тем более таких слабых.
Слабых?
Мне казалось, слабых эйт не бывает.
- ...но он возвращался... снова и снова... снова и...
Резкий звук пощечины заставил меня вздрогнуть.
- Эта вещь была... опасна. Она свела с ума и твоего отца... а дед и без того был достаточно безумен. Возомнил себя великим некромантом, хотя дара в нем... нет, от нее давно следовало избавиться.
- Следовало, но в море...
- Я... не знаю. Я просто в какой-то момент оказалась на берегу, - голос эйты Ирмы слегка подрагивал, выдавая волнение. - Я стояла и смотрела на волны. Стояла и... думала о том, до чего замечательно будет броситься в них. Всего-то и нужно, что сделать шаг. Один-единственный шаг, и я обрету покой. Мое тело разобьется о камни, а волны смоют кровь. Я до сих пор помню то чувство восторга и предвкушения, понимание, что ничего более чудесного со мной не произойдет... никогда больше не произойдет. И я едва не шагнула, да... не знаю, каким чудом удержалась. Я разжала руку и позволила клинку упасть. Я подумала, что он тоже понравится морю... он не должен был вернуться.
- Но вернулся.
...а ее он тоже приговорит? Матушку, которая знает слишком много? Или... во всем важна умеренность. Две супруги и сестра, потерявшая границы, позорящая канцлера своим поведением. Этого более чем достаточно.
- Мы не позволим ему? - шепотом поинтересовалась я, а Этна заскрежетала.
- Это ничего не меняет, - жестко произнес Мар. И мы поверили: есть нож или нет, это ничего не меняет. Для него. А для нас?
- Мальчишку нельзя трогать...
- Мама...
- Ты не понимаешь. На нем благословение богов! И если с ним что-то случится, то... гнев Джара...
- Боги, если когда-то и существовали, то давно уже покинули мир живых. Да и... матушка, я не собираюсь трогать мальчишку. Соблюсти условия можно по-разному.
То есть, условия все же были?
Логично.
Это ведь не брак по большой и чистой любви, это очередная сделка. А сделки должны быть выгодны. И дети от первого брака здесь помеха.
...Руту не убьют.
Это как-то чересчур. Отправят в подходящий пансионат, а там выдадут замуж, вероятно, с выгодой. С Йонасом сложнее. Объявят сумасшедшим? Запрут в доме призрения?
Мерзко.
Мальчишка, конечно, весьма специфического толку.
- Травы на него почти не действуют.
- А увеличить концентрацию?
- Опасно, - голос стал глуше, и я спустила Этну с рук. Запись она вела, только... что мне с ней делать-то? Королю жаловаться, как понимаю, бессмысленно. Он или в курсе авантюры, или просто готов закрыть глаза на некоторые, скажем так, непредвиденные сложности. - Сердце может не выдержать... да и разум... он и без того нестабилен.
- И что?
Этна скользнула на галерею, чтобы, зацепившись за каменный парапет, спуститься ниже. Ее когти впивались в камень, а плоское тело распласталось, меняя окрас.
- Дорогой, я, конечно, понимаю, что он не тот наследник, которым можно было бы гордиться, - голос звучал ближе, теперь, правда, из передающего кристалла, который я сунула в ухо. - Но, даже если отбросить незначительный факт, что он твой сын...
Действительно, незначительный.
- ...ты просто представь, на что способен обезумевший некромант.
Мне представлять не хотелось.
Ага... а вот и смешок.
- Ты его переоцениваешь.
- Это ты его недооцениваешь. Ни его, ни Лайму... зря ты позволил ее оставить. Удерживать ее становится все сложнее.
Надо полагать, в живых.
- С Бринцигом возникли некоторые проблемы, - теперь в голосе Мара проскользнуло раздражение. - Он только и ждал повода, а уж обвинить меня в смерти дочери... нет, время было неподходящим.
Зато теперь, надо полагать, самое что ни на есть отличное.
Дом вновь содрогнулся.
- Буря... буря - это хорошо... еще дней пять фон будет нестабилен, телеграф отключен, а там... при всей быстроходности до Клейпиха двое суток пути. Но учти, матушка, те, кого пошлют, будут знать лишь то, что им положено... будь осторожна.
