– Он живой, док? – донеслось откуда-то со стеллажей. Арсень выковыривал оттуда статуэтку рыцаря. – Живой, а?
– Арсень, он живой. – Док метнул на него быстрый взгляд. – И либо заткнись, либо слезай. Сверзишься.
– Живой, – облегчённо вздохнул тот и метнул на столик у дивана ещё одну статуэтку. На этот раз позолоченный кубок.
Джек приоткрыл глаза. Красные, воспалённые.
– Галлюцинации начались… – и голос хриплый, как после недельного запоя или срыва связок. Тоже возможно. – Привет, старший брат… жаль… кажешься…
– Нечего разговаривать с галлюцинациями. – Джим приложил прохладную после спирта руку к его лбу. – А я думал, ты не можешь стать еще более тощим. Дай руку. Пульс в норме… Посмотри на меня, следи за пальцем. Реакции в норме. Сколько ты так, два дня, три? Тогда сделаю пока укол.
Джек поморщился, слабо, но заметно. Он никогда не любил уколы.
Прозрачный пластик шприца заполнился розоватой жидкостью. Привычным движением Джим растёр спиртом бледную кожу, примерился и, резко введя иглу, надавил на поршень.
– Не мерещишься. – В хриплом сорванном голосе послышалось облегчение. – Забота… терминология… я б так не придумал. – Попытка сделать ещё один укол вызвала у этого полумёртвого тела очень живую реакцию. – Эй, я еще не собираюсь помирать, что ты… Джи-и-им…
Арсень, закончивший испытание секунду назад – Джим понял по щелчку двери – уже навис над диваном. Мешал, бросал тень, да и в целом…
Не в твоём состоянии тут сейчас…
– Арсень, сбегай к Дженни. Джеку сейчас нужна вода и чай с мёдом… или с сахаром, но лучше мёд. И принеси пару пилюль гемостимулина.
Кивок – и как его не было.
– Отдыхай, – Джим провёл рукой по волосам Джека. Как в детстве, когда успокаивал этого не в меру задиристого малыша. Тот послушно закрыл глаза.
Три дня. За это время такого истощения не будет. Вкалывал что-то? Снотворное, транквилизаторы? Не давал воды, обезвоживание сильно изматывает... И держал явно не в библиотеке, комната... Арсень сказал, была ещё утром пуста
Закрытая часть дома, другие комнаты? Больше половины особняка нам не доступна
А потом перетащил сюда и посадил на цепь
Док осмотрел цепь. Она присоединялась к массивному металлическому браслету на лодыжке. Без швов, без скреп, как будто прямо на этой ноге и отлили. Нужно было отдать Кукловоду должное – некачественными в этом доме были только инструменты для мастрячества подпольщиков.
– Как снять эту чертову цепь?..
Брат уже тихо сопел. После укола он даже стал не таким серым, что Джима очень радовало.
– Кукловод, чего ты хочешь? Зачем тебе все это?
Ответа он не ждал. Но динамики, тихо зашипев, выплюнули:
– Ты будешь бороться за его свободу?
Сколько издёвки в одной фразе.
Джим вытащил из сумки записную книжку, вырвал листок и поспешно накарябал на нём несколько строк. Получившееся положил тут же, на столик, придавив баночкой витаминок. После прибавил от своих запасов три красно-белые пилюли. Ампулы для уколов оставлять не стал.
– Ты – будешь бороться за его свободу? – уже с нажимом. Кажется, Кукловоду нужно было, чтобы он ответил.
– А у меня есть выбор?
Арсений пронёсся по первому этажу, напугав сонных подпольщиков, кучкой идущих в подвал, и в двери кухни столкнулся с Дженни. Она тащила нагруженный доверху поднос с несколькими дымящимися тарелками и здоровенной чашкой кофе.
Девушка охнула, приподнимая поднос.
– Нельзя… – подпольщик едва успел затормозить, чтобы в неё не врезаться, ухватился за косяк. Выставил перед собой ладонь, пытаясь отдышаться, – ему сейчас только воду и сладкий чай, Джим сказал.
Он перехватил поднос, водрузив его на холодильник.
– А, да… – Дженни растерялась разве что на секунду, метнулась к столу. – Сейчас! Как раз чай с ягодами запарился… Арсень, мёд в подвале был, давай скорее!
В коридоре у плинтуса взметнулась пыль. Она ещё не успела осесть, а Арсений уже влетел в подвал, захлопнул дверь и принялся шарить по полкам.
– О, а вот и наш поисковик вернулся, – хмыкнул кто-то. – Того и гляди, командир появится…
– А мы ща спросим. Арсень, где Джек-то пропадает? Поди уже из дома выбрался и дверь снаружи минирует?
Арсений остановился. Он перевернул две полки и совсем забыл об испытании. Плюнул на время и принялся искать дальше.
– Да чего ты… – ленивое. – Они с нами, простыми смертными, не разговаривают…
– А ну, помолчи.
Последний голос негромкий, спокойный, но переговаривания тут же смолкли. Арсений уронил с полки коробку с гвоздями. Рядом потянуло густым табачным запахом: к нему подошёл старик Билл.
– Что случилось, а, мальчик? Джек говорил, тебя и чёртом не напугаешь.
– Кукловод его поймал в ловушку, – сквозь зубы выговорил Арсений, втискиваясь между коробок с деталями: в самой глубине полки, у стены, он увидел старую трёхлитровую банку с чем-то тёмным внутри. – Держал где-то трое суток без еды и воды, сегодня подкинул в библиотеку и посадил на цепь…
Билл вытянул у него из пальцев листок с предметами, обернулся на сгрудившихся вокруг встревоженных подпольщиков:
– Джим, Джулия, давайте быстро испытание.
Девушка успела первой, тёзка дока, как раз доедавший тыквенный пирожок в углу, немного опоздал.
