В дверь заглянул ещё один подпольщик, второй, втолкнув первого внутрь, ввалился сам.
– Главный, что?
– Главный, как?
Почти хором.
– Задом об косяк, – фыркнула Нэт. – Док, помощь нужна?
Джим окинул подпольщицу быстрым взглядом.
– Вымой руки. Спирт, вата на тумбочке. Обрабатывай мелкие порезы.
– Дождёмся остальных, – Джек жестом приказал своим отойти, чтоб не маячили в дверях. Крыс уже сидел на тумбочке у кровати, скрестив руки на груди.
А раньше на этой тумбочке лежало две стопки книг. Куда они делись, лучше было не спрашивать.
Прибыло ещё четверо. К Натали молча присоединился Джим-подпольщик, помогать. Эти двое управлялись довольно ловко, и Джим-последователь смог спокойно заняться обработкой и зашиванием глубокой раны.
Остальные прибывшие бестолково и громко жужжали, собравшись кучкой в середине комнаты.
Джек, слезший с тумбочки, собрал подпольщиков вокруг себя многослойным кольцом и принялся вовсю вещать идеологию.
Джим поморщился, отрезая нитку.
Оплеуху бы ему, да вытолкать вместе с толпой…
Настроения раздавать оплеухи совсем не было.
Джек ораторствовал вовсю, пока Джим накладывал повязку на зашитую рану.
На идеи мести воронам подпольщики реагировали с особенным энтузиазмом – жужжание, и без того не тихое, усиливалось в несколько раз. И Джим был уверен, что последователи уже в курсе ситуации, а Алиса, собрав в библиотеке свой кружок Почитателей Кукловода, вещает почти в том же духе, только об идее великого возмездия, свершившегося руками судьбы… или ещё чьими-нибудь. У неё всегда была отличная фантазия.
Когда пришёл Билл, в комнате собралось уже чуть ли не всё Подполье. Не было только Закери, но это и к лучшему – подросток умудрялся производить шум за нескольких взрослых подпольщиков. У лидера учился, наверное.
Пыхнув трубкой на тут же расступившуюся толпу, Билл медленно прошествовал к кровати. Джим уже перевязал и промыл что мог, Натали стояла рядом и эмоционально объясняла ситуацию невесть откуда появившемуся Ланселоту. Джим-подпольщик ещё минут пять назад отошёл к только начавшему речь лидеру и теперь, недобро прищурившись, внимательно слушал.
Билл мельком оглядел бесчувственное тело Арсеня. Пыхнул ещё раз. Пощупал пульс на вялой, пересечённой многочисленными полосами пластыря руке, и вопросительно уставился на дока.
Подпольщики, поняв, что с ними он говорить не собирается, снова зашумели – только Джулия не спускала глаз со следователя.
– Пульс слабый? – осведомился следователь.
Джим кивнул.
– Слабый, но ровный. Зрачок на свет почти не реагирует. Дыхание угнетённое…
– Ну, ясно.
Старик грузно опустился на кровать, поближе к Джиму и, отведя в сторону трубку, сказал чуть слышно:
– Ты-то, док, понимаешь, что с мальчишкой такое не обитатели вытворили?
Джим снова кивнул. Билл криво усмехнулся и похлопал его по руке.
– Пойдём-ка, отойдём. Нам тут поговорить не дадут.
Выйдя в коридор, Билл привалился к стене и несколько секунд задумчиво потягивал трубку. Джим молча ждал. Сейчас утащить бы Арсеня в уединённое место, да чтоб все условия для лечения, а вместо этого он тут нюхает табачный дым и ждёт неизвестно чего.
– Ну, мы с тобой всё понимаем, да? – Билл выжидательно уставился на дока. Тот, вздохнув, привалился к стене рядом.
– Когда узнают, страшно что начнётся.
– А не узнают, будут грешить на ваших, – Билл, вытащив трубку изо рта, ткнул ей в Джима, – а ваши раздуются индюками. Как бы не ещё раз, как в библиотеке…
– Да, не хотелось бы.
– Поэтому я сейчас своих оболтусов вытащу в подвал и там доступно объясню. Тебе – как?
– А я схожу за Лайзой – не знаю, кому из своих я ещё могу доверять.
Джим устало потёр переносицу. Он догадывался, каким образом Арсень нарвался на неприятности. Как же он это сделал не вовремя…
Билл смерил последователя долгим и внимательным взглядом.
– С подобным – сталкивался? – В ответ на отрицательное покачивание головой старик кивнул. Медленно втянул дым, выдохнул. – Значит… очнётся часа через три-четыре. Будет много тошнить, приготовь тазик и воду, поить. Можно отварами. Из твоих лекарств ему вряд ли что пока поможет. Тошнить будет часа два-три, точно не скажу. Ну а в остальном разберёшься. Я своим скажу, чтоб тебя не тревожили.
Не сговариваясь, оба вернулись к двери комнаты.
– А брат твой – молодой дурак, – неожиданно выдал Билл, – честный, добрый, но дурак.
Джим не стал отвечать.
Подпольщики в его комнате уже не жужжали. Они слушали Джека – только изредка кто-нибудь кивал или, пихнув в бок соседа, шептал тому на ухо несколько слов.
– Я не знаю, чего хотели добиться вороны, – Джек ткнул пальцем куда-то за дверь, видимо, в предполагаемое местонахождение ворон, – но они поступили подло! Мы не простили им разгром нашего подвала, так неужели простим нападение на моего заместителя?!
Нестройный гул подтвердил, что прощать подпольщики не собираются. Джек согласно тряхнул головой.
– Разве трогали мы их, пока они копались в своих бумажках?!
Снова гул подтвердил, что нет, не трогали. Хотя Джим мог бы с этим поспорить – не раз физически более развитые подпольщики отделывали его последователей. Хотя да, не до такой степени.
