Перо приподнялся на цыпочки, зацепляя металлическое крыло. Даже при его немалом росте достать статуэтку с верха полок было проблематично. Интересно, как выкручиваются девушки, табуретку каждый раз подтаскивают?
– Джим постарался. – Джон пожал плечами. – И не скажу, что не рад этому. Уходить я передумал. Хочу с тобой переговорить.
– Хорошо, – Арсений кинул на стол лист с нотами. Впрочем, после этого вернулся к столу и испытующе посмотрел на Фолла. – Тогда у меня два вопроса. Первый – какого ты уверен, что я не попытаюсь на тебя напасть? Кукловод ты или нет, но тело-то у вас одно. Убью одного, избавлюсь от второго.
– Дело твоё, – Джон развёл руками, – могу даже не сопротивляться. В этот раз – никаких шприцов, электрошоков и прочих милых мелочей.
– Ага, я заметил. – Скалка отправилась к кучке предметов на столе, и Арсений полез на стол, снимать половник с верхней балки. – Хочешь сказать, что правила игры по-прежнему соблюдаются. Быть с безоружным Кукловодом на одной кухне и ничего не сделать… – он усмехнулся, покачал головой. – Джек бы меня убил.
Половник был снят, но, как и следовало ожидать, блокатор в двери не щёлкнул. Арсений остался на столе, только сел, скрестив ноги. Правда, половник не выпустил, продемонстрировав его Джону.
– Вот, это в качестве компромисса, – сказал устало. – Если полезешь, я огрею тебя половником. Второй вопрос… раз тебя вернул Джим, значит… ты уже знаешь, откуда нам всё известно. И я хочу спросить… как ты собираешься поступить с Дженни. Она тебя знает и может в любую минуту вспомнить голос. Мы ничего не говорили ей, так и не смогли решить, надо или нет.
– Не говорите, – Джон слегка опустил голову. – Это бессмысленно. Не те воспоминания, которых я хотел бы для неё. Дело, конечно, ваше. Её, вернее. Но даже если вспомнит – я с ней ничего не сделаю. Я не маньяк, Арсень.
– Да вижу. Садись уже, что ли… Бутерброд не хочешь? – он спрыгнул со стола и забурился в холодильник. – Правда, огурцов крайне мало, но зато кетчупа полно, – пробурчал оттуда, – скажи, твой альтер эго вообще понимает, как должны питаться люди? В последней поставке было восемь здоровенных упаковок кетчупа и всего две банки огурцов, одну из которых мне даже не довелось увидеть.
– Прошу тебя, не напоминай, – Джон совсем не по аристократически поморщился, но всё же сел. – Он не знает ни как люди должны питаться, ни как одеваться, ни как следить за собой. Если бы ты видел, в каком состоянии тело мне сегодня досталось… думаю, это выглядело смешно. Только я не смеялся. У меня десять минут ушло на расчёсывание, а… но что-то я разнылся. – Он сложил руки перед собой и внимательно посмотрел на Арсения. – Я пришёл с тобой поговорить по делу. Кстати, бутерброд я буду.
– Отлично. – Арсений быстро нарезал хлеб, плотно намазал кетчупом, разложил половинки корнишонов и со вздохом разделил поровну оставшийся хвостик колбасы. Отдал Джону получившийся шедевр бутербродного искусства и уселся на табурет напротив. – Прости, что без должной сервировки. Так о чём бы вы хотели побеседовать на этот раз, лорд Фолл?
Джон принял бутерброд. С лёгким недоумением осмотрел, как бы говоря: «Я собираюсь это есть?», но всё же надкусил. Прожевал. Кивнул самому себе.
– Я ожидал худшего. Что ж… – откусил ещё раз и продолжил с набитым ртом, – приступим. Я достану инструменты для операции, но мне понадобится список. Ничего не смыслю в хирургии.
Арсений на секунду замер, затем откусил край собственного бутерброда. И впервые в жизни не почуял вкуса. Любимое сочетание огурцов, хлеба и кетчупа напоминало сейчас что-то среднее между пенопластом и поролоном.
Он с трудом проглотил почти непрожёванный кусок и выхрипел:
– Список будет уже сегодня. Что взамен?
– Об этом, признаться, не думал, – Джон задумчиво пожал плечами. – Может, сам предложишь?
– Ты с ума сошёл… – Арсений трясущимися руками отложил хлеб – всё равно бы выронил – и уставился на него через стол. – Во что я могу оценить жизнь друга?.. В свою собственную?
– Вот и я в затруднении. Я подумаю. Если придумаю – приложу запиской к инструментам. – Джон откусил ещё раз. – Вы мне симпатичны, Арсень. И ты, и оба Файрвуда… хотя эти братья не в меру активны. Я просто не хочу их смерти. К тому же теперь я… можно сказать, что задолжал Джиму.
– Хорошо… – Арсений поднялся, упираясь ладонью в стол и не чувствуя боли. – Отпустишь?.. – указал на дверь, не оборачиваясь, продолжая в упор смотреть на Фолла. – Куда тебе список потом принести? Продиктовать на камеру?..
– Да, этого будет достаточно. Я думаю продержаться ещё дня два-три, пока всё не доставят, потом снова удалюсь. Нужно восстанавливать силы. С утра дам свет. И да, можешь идти. Дверь разблокирована.
Арсений подхватил со стула сумку и кинулся к двери, врезавшись в неё со всей мощи. Едва не вынес, не обратив внимания на жалобно скрипнувшие петли, кинулся по коридору к комнате Джима.
