– Не так важно, кто виноват. По крайней мере, сейчас. Так вот, спустя месяц заточения я собрала два паззла и получила два ключа, и, как ты можешь понять, многим не нравилось то, что Кукловод благоволит мне. Вряд ли я сумела бы прожить долго… Но к тому времени нашлись ещё два человека, которые не потеряли голову и поняли, что ключи от двери – наш общий шанс выжить и выбраться на свободу. Они с самого начала действовали в паре, потом один пришёл ко мне и предложил помощь. Мы стали братьями по оружию, вместе проходили испытания, искали ключи, обороняли своё логово – здесь, в этой комнате… – Взгляд Исами остановился на картине особняка, по которой сейчас пробежала белая игрушечная мышь. Арсений невольно подумал, сколько уже не ловил этих игрушек, как и не собирал деревянных марионеток по особняку.
– Мы помогали друг другу, но мы никогда не называли друг друга по именам. Я была Тигром, Райан – Драконом, имени Обезьяны я тогда не знала.
– И вы остались, – уточнил Арсений. По дневникам и так понятно, но ему хотелось услышать это от самой Тэн.
Она вздрогнула – кажется, успела напрочь забыть о его существовании.
– Да, только мы трое. – Голос Исами внезапно стал другим – спокойным и почти деловитым. – Год спустя мы собрали ключи, и Кукловод открыл перед нами дверь. Оказавшись на свободе, мы сразу же разошлись, кто куда. Позже, перед началом второго акта, Райан позвал меня в особняк. Я не знала, что он вернулся. К тому времени я серьёзно увлеклась тем, чему меня когда-то учил дед, около семи месяцев изучала оккультные науки. Меня словно тянуло ко всему мистическому и непознанному, а когда я вернулась в особняк, сразу поняла, что здесь… Что дом болен. Но об этом – потом. Я вернулась в октябре. Учитель – тогда мы ещё звали его так – впустил меня, позволил быть здесь и помогать в подготовке Второго акта. Потом пришёл и Обезьяна. Зимой, незадолго до того, как в доме очутились первые пленники. Но ему Учитель войти не позволил, чему я и Райан были только рады. Несмотря на то, что мы год сражались бок о бок, я… да и Дракон, мы никогда не могли довериться ему полностью.
– Он вас предал?
– Нет. Но человеку не обязательно совершать предательство, чтобы другие перестали ему доверять. – Исами отодвинула фонарик чуть дальше. – Он бил исподтишка, не сражался в открытую. Не выходил один, и прежде всего проверял, прикрыта ли его собственная спина, а право первым войти в тёмному комнату предоставлял всегда другому. А ещё – упивался проливаемой кровью. Я видела… – она встряхнула головой. – Нам приходилось убивать, а он убивал… с радостью.
Она замолчала. Арсений секунд десять сидел неподвижно, ожидая, что Исами снова заговорит, потом всё-таки вякнул:
– И вот это самое оно, любящее убивать, пробралось в особняк через тоннель?
Что с этим тоннелем ещё
Не пойму что
– Да. – Исами вдруг поднялась, схватила фонарик. – Рассказать осталось не так много, но… Идем со мной. Райан сказал мне, что делает, и я хочу, чтобы остальное ты услышал от него.
– А ты точно уверена, – Арсений не спешил вставать с кровати, отчасти из-за ноющей задницы, и с прищуром разглядывал японку, – что не можешь рассказать сама?
Тэн покачала головой.
– Ты очень помог ему, он это ценит. Я говорю правду. Просто Дракон не умеет доверять людям.
– Ага, а сейчас просто отличное время, чтобы научиться.
Арсений нехотя слез с кровати, потянулся.
Ладно уж. Позлю хвостатого фактом своего существования прямо с утра пораньше.
Отличное начало дня.
Исами повела его на чердак. Райан был там и работал – уложил доску на расчищенный ящик и теперь отпиливал от неё небольшой брусок. Хвост был собран на затылке, сложен в три раза и перемотан лентой, чтобы пряди не падали на плечи и не мешались. На появление Перьев Форс только головой мотнул и вернулся к своему занятию. Первый брусок упал на пол, плаха была передвинута, пила снова вгрызлась треугольными зубами в древесину.
– Я хотела, чтобы ты сам рассказал Перу о том, что делаешь, – твёрдо сказала Исами, остановившись в метре от него. – Предысторию он уже знает.
Райан прекратил пилить. Выпрямился, отложил пилу. Молча прошёл к креслу, сел спиной к ним.
– Позитивное начало, однако, – кивнул сам себе Арсений, оставшийся стоять у порога. Тэн не шелохнулась.
Но Райан всё-таки заговорил. Спокойно, без яда в голосе.
– Ты доверяешь ему. Почему?
– Это просто интуиция, Райан. Та, благодаря которой я не попадала в ловушки…
– Это была ловкость, а не интуиция, – резко перебил хвостатый. – Почему?
Тэн помолчала несколько секунд.
– Ты не любишь, когда я говорю о той стороне, – ответила наконец.
– Опять эта твоя мистика… – длинные-длинные пальцы бесшумно постучали по столу.
– Да. Просто я знаю, что Арсений нужен этому дому. Перо может всё исправить, даже если ради этого придется…
Райан резко развернул вертящееся кресло, и Исами умолкла на полуслове.
Арсений тихонько присвистнул. Градацией степеней своей злючести Форс удивлял его не раз, а вот выражением спокойного холодного презрения порадовал впервые.
