– То-то, – сказала она задорно, – я все ваши с Синтией тайны знаю. И даже запросы в постели.
– Что, – спросил я с испугом, – чрезмерные?
– Напротив, – заверила она, – вы как Наполеон! Тот женщинами пользовался, но не интересовался. У настоящих мужчин всегда есть что-то выше женщин.
– Спасибо, – пробормотал я.
– Не за что, – ответила она безмятежно. – У настоящих женщин тоже всегда есть нечто более высокое, чем всего лишь мужчины. Не согласны?
– Очень даже согласен, – ответил я с энтузиазмом. – А что еще Синтия знает?
Она вопрос поняла правильно, голос стал серьезным:
– Ничего лишнего. Кроме того что к вам обращаются за какими-то консультациями силовые структуры. Но я сама не знаю больше! Точно-точно. У нас лишнего не болтают даже с родней. Я только догадываюсь, что вы играете какую-то важную роль в ГРУ… Просто Синтия, что раньше о вас даже не упоминала, вдруг начала говорить чаще.
– Бросьте, – запротестовал я. – Какую важную роль? Я даже не оборонщик, а чистый теоретик!
Она покачала головой.
– Не знаю, не знаю. Но то, как ваше имя упоминалось в таких кругах, говорит о многом. Ничего конкретного, но вы какая-то очень важная шишка… Кстати, вы повезете меня к себе или…
– А вы куда предпочитаете?
Она повернула голову и посмотрела мне в глаза.
– Давайте к вам. Хочу побывать в той постели, где была моя сестра.
В общем, дипломатический прием, с мужской точки зрения, прошел великолепно: гостей я даже не рассмотрел, ни с кем не общался, а самую красивую женщину сумел уболтать и увести, что для этого примитивного мира, в котором пока вынужден жить, все еще считается большим успехом, и все это заметят.
К тому же она, как обронила вроде бы вскользь в автомобиле, не просто Волконская, а прямая наследница князей Волконских, потомков легендарного Рюрика. Теперь, когда компьютеры и анализ ДНК позволяют восстановить все родственные связи, четко прослежена ее линия от самого Рюрика, а от того еще дальше, связывая с еще более легендарным Ролло или Рагнаром, захватившем у Франции лучшую землю и назвавшую ее Нормандией…
Конечно, она не зря как бы вскользь упомянула, что мое имя засветилось в каких-то высоких кругах. Прежде всего этим дала понять, что сама из тех кругов и что ей могут быть доступны какие-то тайны. Сейчас недоступны, но больше потому, что сама не стремится знать лишнее, это не только чревато, но и просто нехорошо.
В постели держалась, как надувная кукла, точно угадав, что на самом деле нужно настоящим мужчинам, а не тем, кто изображает из себя крутых мачо, оставаясь на самом деле закомплексованными, зажатенькими и пытающимися разнообразить свою жалкую жизнь хотя бы в постели.
Заснула она тоже быстро и тихо, согнувшись рядом в калачик. Я подгреб ее горячее тело, вжал в себя и тоже моментально погрузился в крепкий здоровый сон, успев подумать одобрительно, что в последнем акте своего существования человечество вообще-то ничего, умеет подкинуть и приятные моменты. Пусть даже не для меня, а для питекантропа во мне, но и питекантроп тоже мой, его радости – мои радости…
Утром за кофе и свежеподжаренными хрустящими гренками я поинтересовался:
– А почему Синтия ни разу не упомянула, что у нее есть сестра?
Анжела невесело улыбнулась.
– У нас с нею… особые отношения. У тебя хороший кофе. Какой-то особый рецепт?
– Да просто крепкий, – ответил я. – С Синтией могут быть напряженные? Мне казалось, она со всеми ладит.
– Не напряженные, – сообщила она, – другие.
– Сложности человеческих отношений, – сказал я неодобрительно. – Ученым не понять.
– Наши родители, – объяснила она, – разошлись давно. Каждый взял по ребенку. Жили хоть и не в разных городах, но Москва с ее пятнадцатью миллионами – это же целая страна! Не встретишь один другого случайно. Да и потом…
– Что?
– Мне предлагали участие в конкурсе «Мисс Москва», – сказала она, – а потом «Мисс Россия», но я отказалась, заявив, что это несовместимо с женской гордостью, когда нас оценивают мужчины, как породистых коз на базаре… Зря я такое, конечно, брякнула.
– Ну… с точки зрения феминистки права?
– Но Синтия не феминистка, – напомнила она. – После меня предложили ей, она тут же пошла…
– Но твои слова ее задели?
Она кивнула.
– Ты сразу все понимаешь верно. Это свойство ученого или просто умного человека?
– А можно то и другое?
Она расхохоталась.
– Тебе можно, ты такой и есть.
– Вы обе блистаете, – сказал я дипломатично, – только в разных кругах… Понятно, ей хотелось бы оказаться в твоем. Да знаю-знаю, чтобы оказаться в твоем, нужно для начала хотя бы закончить универ и получить степень, а не просто диплом двухнедельных курсов ландшафтных дизайнеров… Но теперь я знаю, за кем твоя сестра старается угнаться!
Она посмотрела на меня критически.
– Странный ты разведчик… Другой бы давно навел справки о всех своих знакомых. А ты даже о родне своей невесты не выяснил!
– Да какой из меня разведчик, – ответил я. – Так, консультант… Уже видела моих мышек?
– Не вживую, – ответила она. – Но они у тебя вон на всех экранах!.. Да, поняла, ты весь там. И все успехи разведок не стоят и… верно?
Я кивнул.
