– Мне казалось, ты не хотел говорить родителям о моем появлении, – я все еще чувствовала себя неловко, но даже если это все просто фарс или игра, то почему бы ей не насладиться? Я не была влюбленная в Косиана, так что если все развалится, не буду сильно удивлена и не стану страдать от сердечной боли. И потом… мне больше не доведется поиграть в благородную невесту. Да еще такого высокородного, и что таить, красивого мужчины.
– Это было до того, как на замок напали. Смолчать о подобном – значит нарушить присягу. Я не только сын своего отца, но и вассал. Кроме того, мой отец не первый день живет на свете, – Косиан ходил возле длинных столов, расставленных в одном из внутренних дворов Твердыни, и отбирал какие-то вещи, предавая их одному из молодых солдат.
– И твой отец сумел что-то посоветовать? – почувствовала, как безосновательно замерло сердце: я не верила, что мою проблему можно решить, но надежда имеет мало общего с логикой и появляется сама по себе.
– Да. Он сказал, что самым правильным будет узнать, чем недовольны духи у самих мудрецов племени. Это так просто и верно, что я даже удивился, как сам не сумел догадаться…
Я не слушала, что Зиминика говорил дальше. Вернуться в племя было значительно хуже, чем отдаться озеру. Меня просто забьют камнями, если вернусь в поселения и опять навлеку на них беду!
– Это невозможно. Мне запрещено пересекать границу оазиса, – глядя в стену перед собой и ничего не видя, тихо произнесла.
– А кто сказал, что мы отправимся в твой оазис? Пустыня полна поселений, и я знаком с вождями некоторых из них, – Косиан, наконец, повернулся ко мне и усмехнулся. – Все будет хорошо. Обычно у одной задачи есть несколько путей решения. Вот мы и попробуем все сделать не прямо, а с умом. Готовься, через час мы должны отправиться, если планируем заночевать в относительно безопасном месте.
– Ты вернешь мне Гарба?
– Твоего пса? – лицо Зиминика нахмурилось, стало задумчивым. – Ты можешь его навестить, это не запрещено. Так же можешь рассказать псарям, как за ним ухаживать, хотя они у меня опытные. Но поедем мы на других, на моих псах. Твой зверь просто не поспеет за нами.
**
Гарбид был мне так рад, что едва не снес перегородку в загоне, стоило только появиться в псарнях. Я никогда еще не видела так хорошо оборудованных мест. Поилки, кормушки, большие окна, что давали много света и мягкие лежанки в каждом загоне. Да, тут псы жили лучше, чем некоторые из моих соплеменников!
Стоило только зайти, как навстречу с поклоном вышел коренастый мужичок в кожаном фартуке. Как раз с моим приходом он разносил корм огромным псам, в полтора раза больше моего зверя. Только взглянув на них трезвым, не перепуганным взглядом, я оценила, насколько они огромны. Думала, что в прошлый раз мне почудилось, но оказалось, что нет. Псы на самом деле были впечатляющими. Они с любопытством поводили лобастыми мордами, чуть склоняя их набок и прядая ушами, не сводя с меня темных глаз.
– Госпожа Фейге, – псарь склонил голову, отставив тачку с кормом и втирая руки о фартук. – Вы пришли проведать своего рыжего?
– З-здравствуте, – после такого длительного пребывания в пустыне мне было непросто перестроиться на более официальный, почти придворный тон, который был в ходу в Твердыне. – Все верно.
– Последний загон. Идите за мной. С ним все в порядке. Немного обезвожен и слегка грустный, а в остальном зверь в порядке. Думаю, через пару дней его можно будет выпускать на прогулку с нашими ребятами. Они почти подружились, – словно речь шла о ребенке, с нежностью в голосе рассказывал мужчина, подводя меня к большой двери, куда выше, чем в остальных загонах. С той стороны слышался отчаянный лай и пошкрябывание по дереву. Псарь улыбнулся. – Услышал вас.
Мужчина отпер дверь, и меня едва не снесло черно-рыжим вихрем.
– Гарбид! – я запустила руки в густую, покрытую пылью пустыни шерсть и почувствовала, как горло сжимают слезы. И сама не думала, что как сильно переживала за этого зверя.
– Мальчик хороший, вполне послушный. После того как мы его впустили, даже выть перестал. Думаю, сможем ему и пару со временем подобрать для селекции. Есть у нас одна девочка, которой мои черные не по нраву…
– Думаете, ваши черные его не обидят?
– Они послушные ребята, хоть и большие. Не беспокойтесь зазря.
Пока я была в псарнях, мне подобрали зверя для предстоящей поездки. Не самую крупную, но послушную девочку с умными глазами. А через час мы с Косианом покинули крепость.
Вдохнув такой родной запах пустыни, пыли и жара, я вдруг поняла, что, может быть, все и получится. Это ощущалось в воздухе, в самом настроении песков, что окружили нас. В тихом парении птиц над головой и в движении песчинок, что сверкали под солнечными лучами красным золотом.
