Ох, что за чушь лезет в голову! С чего я взяла, что рыжая деваха слабосильная? Ведь это лишь облик у нее человеческий, а на самом деле она — акутура. Заточенная на убийства сущность! И разорвет она Гошеньку запросто, тот и пукнуть не успеет. А скорее всего, уже разорвала. Но все-таки вдруг не полностью? Вдруг он лежит где-то рядом, истекая кровью, а я тут еле ползаю, страшилки сочиняю.
Но ползать быстрей я не могла. Потому что была босиком, а под ногами то и дело попадались острые камешки, веточки, высохшие иглы с деревьев… Кстати, об иглах. А где мой придавленный ежик? Я оглянулась: еж топал следом.
— Ты вот что, — сказала я ему. — Ты за мной не иди, ты давай вокруг бегай, Гошу ищи. — Было, конечно, глупо говорить это неразумной животинке, но я от безысходности готова была и деревья попросить глянуть свысока, не видать ли где раненого. И я уточнила для ежика: — Гоша — это тот парень, что был со мной там, в нашем лесу. Ты ведь тоже из нашего леса?
— Да, — сказал еж.
Конечно же, он ничего такого не сказал, просто похоже фыркнул, но все-таки я спросила:
— Так ты понял, кого нужно искать?
— Да, — снова произнес ежик и громко топоча по каменистой земле, понесся от меня в сторону.
— Эх, напугала бедняжку, — вздохнула я. — Теперь совсем одна осталась.
Но когда я, прихрамывая, сделала шагов двадцать-тридцать, опасаясь, что дальше придется идти на четвереньках, ноги уже кровоточили, ежик притопотал снова. И сказал:
— Нет.
— Что нет? — переспросила я. Но тут смутная догадка посетила мой опустошенный происходящим мозг: — Ты хочешь сказать, что там нет Гоши?
— Да, — ответил ежик.
Теперь я уже не сомневалась, что это игольчатое недоразумение действительно говорит, а не просто фыркает. И говорит вполне разумно. Правда, кажется, всего два слова: «да» и «нет». Но и это вполне даже неплохо, если задавать правильные вопросы. И чтобы убедиться, что еж и в самом деле отвечает по делу, я устроила ему небольшой экзамен. Спросила:
— У тебя есть иголки?
— Да, — сказал еж.
— У меня есть иголки?
— Нет.
— Ты умеешь летать?
— Нет.
— Ты умеешь ходить?
— Да.
— Волга впадает в Каспийское море?
— Фыр-р! — возмущенно ответил ежик. Ага, кроме «да» и «нет» еще и «фыр» на все остальное. А что? Я встречала людей с аналогичным словарным запасом. Нет, вру. У них лексикон был богаче еще на четыре слова, не считая производных от них.
— Да ты настоящий болтун, — хмыкнула я.
— Да.
— Болтун? Хочешь, чтобы я тебя так называла?
— Да.
— Договорились, — кивнула я. И перешла к главному: — Ты поможешь мне искать Гошу?
— Да, — сказал Болтун.
— Спасибо. Потому что я, кажется, уже не ходок — ноги в кровь сбила. — Я ухватилась за ствол дерева, согнула поочередно ноги в коленях и осмотрела кровоточащие ступни. — Вот такая беда.
— Да, — в рифму подтвердил мои опасения ежик.
— Так что ты побегай, поищи нашего раненого, а я поищу хоть что-нибудь, чем можно защитить ноги.
Болтун тут же утопотал — теперь в другую сторону.
— Ты кругами бегай! — крикнула я ему вслед. — Сначала маленькими, потом нарезай все больше и больше. Понял?
— Да-а!.. — послышалось издалека.
А я стала осматриваться, в надежде найти хотя бы лопухи какие-нибудь. Нарвала бы побольше, привязала к ступням… Вопрос, чем бы привязала? Ответ нашелся быстро: у меня же волосы вполне себе длинные, ниже лопаток. Отрежу пару прядок — не убудет. Осталось найти лопухи. Но здесь не росли даже подорожники. Вообще никакой травы не росло, одни деревья.
Я осмотрела то дерево, за которое держалась. Ветки у него были тонкие, да еще и с иголками — не лучшая обувь для израненных ног. А что с корой? Я подняла острый камешек и с усилием провела им сверху вниз по стволу. Из разреза выступила капелька прозрачной смолы. Я провела камнем в сторону от верха разреза. Подцепила пальцами липкий от смолы уголок, потянула… Ура! Кора оказалась достаточно прочной и в то же время легко отделилась от ствола. Я попросила у дерева прощения и вырезала два куска такого размера, чтобы можно было обернуть ступни.
Затем я тем же камнем, изрядно попыхтев, отпилила две золотистые пряди… Нет, не золотистые, скорее, мои волосы были цвета меда. Но на их прочности цвет не сказывался, так что без разницы. Пальцы были очень кстати испачканы смолой, так что я скрутила из волос две отличные веревочки. Сначала хотела обвязать ими мои ультрамодные лапти, но вовремя спохватилась: волосы перетрутся после двух-трех шагов по камням. Тогда я проковыряла каменным острием отверстия по краям кусков коры и вставила в них волосяные веревочки на манер шнурков.
Когда я наконец обулась, вернулся ежик.
— Нет, — отрапортовал он.
— А ты далеко бегал?
— Да.
