– Надюш, я вот только от Вашей соседки Ларисы. Мне нужна Ваша помощь, а точнее не мне, а моей одинокой соседке Светлане Ивановне, – осторожно начал разговор Валерий Захарович.
Он заново рассказал и про приходившего в их подъезд газовщика, и про аварийную плиту соседки, и про подругу Надежды Ларису, которая, как он выразился, щедро посодействовала в оказании помощи одинокой Светлане Ивановне. Валерий Захарович старался как можно острее затронуть тему одинокой старости, поскольку знал, что своей семьи у Надежды еще нет, и живет она в квартире одна со своей кошкой. Получив от Надежды купюру уже покрупнее, он еле сдерживая улыбку, покинул ее квартиру. Затем он обошел еще несколько квартир из своего списка, после которых специально выделенный для этой цели конверт пополнился еще несколькими купюрами. «Ну что ж, дело идет. Пора и перерыв сделать», – подумал он и спустился к себе в квартиру, где на кухне его уже ждал приготовленный Галиной сытный обед из трех блюд.
Прошла неделя. За это время им были заново развешены взамен сорванных новые объявления о ковриках для подъезда, специально отведенный конверт поплотнел, пополнившись еще несколькими новыми купюрами, а неотмеченных в блокноте квартир оставалось все меньше. Собранные на плиту средства Валерию Захаровичу никак не хотелось тратить на свою соседку, ведь с каждой полученной купюрой образ долгожданной кожаной подставки для ног из эксклюзивного каталога вырисовывался все отчетливее и отчетливее, и иногда даже настольная лампа в стиле Тиффани пыталась выглянуть из-за нее.
В один из дней его неожиданно осенило и, ни сказав никому ни слова, он рванул к себе на дачу и вернулся уже под вечер с большой тяжеловесной запылившейся картонной коробкой. Попросив местного дворника помочь ему дотащить коробку до квартиры, он поставил ее в коридор, чтобы та дожидалась своего часа. Внутри оказалась когда-то им купленная и до сих пор даже не распакованная дешевенькая газовая плита. Ведь в его садоводческом товариществе, в котором у него был дачный участок, передумали проводить газ.
Была почти ночь, дома все уже спали, когда Валерий Захарович решил вновь повторить свою попытку, ведь новые объявления были расклеены, а денег на покупку ковриков до сих пор было не достаточно. Стараясь не греметь ключами и взятыми с собой необходимыми инструментами, он вышел из квартиры, поднялся пешком на этаж, где находился лифт и нажал на кнопку. Оглядевшись по сторонам, он вошел в лифтовую кабину, достал инструменты и принялся за электронную панель, находящуюся внутри. Внезапно его боковое зрение зафиксировало, как кто-то проскользнул по коридору. Его ладони похолодели и уже едва могли сжимать инструменты. Неужели его кто-то заметил во время поломки лифта? Он положил инструменты в карман, осторожно высунул свою голову из кабины и осмотрелся. В коридоре никого не было. Он еле слышно ступая, словно выслеживая какого-то зверя на охоте, вышел в коридор и, прячась за кабину лифта, выглянул из-за нее.
На площадке между этажами стояла женщина. Ее крупная и грузная фигура, облаченная в ярко-красный байковый халат советских времен, выделялась ядовитым пятном на фоне покрашенных в светло-бежевый цвет стен подъезда. Неожиданно женщина повернулась, и Валерий Захарович смог увидеть ее одутловатое, неопределенного возраста с проскальзывающими детскими чертами лицо. Ее пустой и неподвижный взгляд был направлен куда-то в стену и казался каким-то отстраненным, а лицо выражало глупую улыбку. Она подошла к стене, сорвала приклеенное объявление и грубым уверенным движением затолкала его в уже распухший видимо от ранее сорванных листков карман халата. Затем будто что-то почувствовав, она резко повернулась в сторону Валерия Захаровича и уставилась на него. От неожиданности он так растерялся, что несколько секунд не мог отвести глаза от ее гипнотического взгляда и что-либо сказать. Очнувшись, Валерий Захарович скрылся за кабиной лифта и быстрым шагом стал спускаться на свой этаж. Только очутившись в своей квартире, он почувствовал прежнее спокойствие, но мысли не отпускали его и, словно молнии, поочередно сверкали у него в голове. «А если она заявит на меня в полицию? Ведь она могла видеть меня и раньше, как я ломал лифт?» – подумал он, и его лицо передернулось. Он уже напрочь забыл про его сорванные объявления и был обеспокоен лишь крупным штрафом, который он мог получить за намеренную поломку лифта. Только лишь дома он осознал, что мог бы поговорить с незнакомой женщиной и попробовать с ней договориться полюбовно, а не скрыться как какой-то преступник. А теперь где ее искать? Он еще раз открыл список всех жильцов у себя в блокноте, и не найдя квартиры, в которой могла бы жить незнакомая ему женщина, пошел спать. В ту ночь он еще долго не мог уснуть.
На следующий день, встав раньше обычного, он позвонил работнику газовой службы Сергею.
– Сережа, это Валерий Захарович. Я тут плиту купил. Надо бы ее установить моей соседке, а старую выкинуть. Сможешь сегодня?
