– Это абсолютно бесплатно из городского бюджета, не волнуйтесь, – ответил напарник Сергея и продолжил подключение плиты.
Спустя некоторое время работа была окончена, и мужчины стали собираться.
– Мы все сделали, можете пользоваться, – отчитался Сергей, оставил акт о проделанной работе на кухонном, покрытом пестрой клеенкой столе и пошел к выходу за напарником. – Старую плиту мы сами выбросим.
– Уходите? А как же Брамс? – расстроенно спросила Светлана Ивановна и закрыла за мужчинами дверь.
Наступила тишина. В тот день и ни в какой другой ученики к ней так и не пришли.
Прошло несколько дней. Светлана Ивановна по-прежнему разговаривала вслух, готовилась к приходу учеников и виртуозно играла днем на подаренном ей пианино. Она почти привыкла к своей новой газовой плите и не переставала нахвалить своих «учеников» за такой новый и совершенно бесплатный подарок.
«Правда, хорошие ребята? Надеюсь, что они еще придут. Ведь Брамса мы с ними так и не разучили», – сказала она и посмотрела на прикрепленный к стене похудевший отрывной календарь.
«Сегодня же концерт у моих ребят! Вот и приглашение они оставили», – спохватилась она, взяв листок бумаги со стола на кухне.
Она торопливо надела ежедневно подготовленный свой праздничный наряд, коричневое слегка потертое по бокам и у карманов пальто и вышла из квартиры. Несмотря на осеннюю промозглую погоду за окном, настроение у нее было солнечное и даже слегка шутливое. Ее переполняла гордость за выступление своих учеников, и мысли о предстоящем важном для нее мероприятии сопровождались скрипичным концертом «Весна» Вивальди. Она аккуратно прошла мимо расставленных по всему коридору мешков с мусором, спустилась по лестнице до первого этажа, и уже собиралась выйти на улицу, как ее внимание привлекло некое объявление, висевшее около лифта: «Уважаемые соседи! Благодарю вас за материальную помощь, оказанную Светлане Ивановне, благодаря которой ей, одинокому человеку, была мной куплена и подключена газовой службой новая плита. Ваш сосед Валерий Захарович».
В ее глазах потемнело, худенькое туловище несколько раз передернулось, а на смену Вивальди в голове зазвучала мрачная, разрушающая симфония номер шесть Малера. Она потерла глаза и вновь посмотрела на висевшее объявление, будто надеясь, что его текст хоть как-то изменится, но жесткие слова, словно прибитые к этому жалкому листку бумаги, оставались на месте. Ее пошатывало. Она сама уже не могла подняться по лестнице, и ей пришлось зайти в лифт, чтобы добраться до ее второго этажа. Тельце ее сжалось, и она превратилась в сгорбленный высохший комок, который сначала вышел из лифта, двинулся к своей квартире и в смятении остановился около входной двери. Повернувшись в другую сторону, она трясущейся рукой нажала на звонок. Через несколько секунд дверь открылась, и на пороге стоял Валерий Захарович.
– Светлана Ивановна, Вы что-то хотели? – удивленно и с улыбкой спросил он.
– Заберите свою плиту из моей кухни, и верните мою, – резко сказала она, стараясь контролировать свой дребезжащий голос. – Я не одинокая, и мне не нужны ничьи подачки. Я в состоянии купить то, что мне нужно, и не хочу испытывать эти унижения!
Шокированный ее неожиданно резким тоном Валерий Захарович стал объяснять, что старая плита уже давно выброшена, и ее невозможно вернуть, но Светлана Ивановна его не слушала. Она мгновенно развернулась и вместе со своей изнывающей от боли музыкой заперлась в своей квартире.
На следующий день работники газовой службы вынесли плиту из кухни Светланы Ивановны, а новую она была уже не в силах купить.
Прошел месяц, холодный, морозный, безжалостно стучащий порывистом ветром в окно, с тех пор, как Валерий Захарович случайно узнал, что Светлану Ивановну поместили в психиатрическую лечебницу. Не зря ведь он считал ее полоумной с этими вопросами и длинными монологами, брошенными в квартирную пустоту, хотя он совсем не эксперт в этой области. Он всегда был больше по части, где что достать, купить или продать с выгодой, на чем заработать. Он несомненно всегда помогал людям, но только чтобы и себе урвать кусок посочнее и поувесистей, да потом втридорога его и продать. Себя то любимого как обделить? Вот и сейчас он думал, как ему подороже реализовать ту самую плиту, на которую он больше месяца назад собирал деньги с соседей, а то ведь будет пылиться в коробке, как раньше у него на даче. Все должно приносить выгоду, чтобы с пользой все было. А как же иначе?
