Трест “Спецмонтажмеханизация” решил применить самоходные краны с лучшими в мире характеристиками по их грузоподъемности и маневренности — мощнейшие самоходные гусеничные краны фирмы “Минесманн-Демаг СС-4000”, самоходные краны фирмы “Либхер”, а также отечественные самоходные краны различной грузоподъемности. Эти краны оснастили телевизионными средствами наблюдения и заменили штатные кабины крановщиков на освинцованные кабины с автоматическим воздухообеспечением. Широко применяли телевизионные средства наблюдения и контроля. Они были абсолютно необходимы, когда дистанционно устанавливали различные узлы и элементы Укрытия. Особое внимание уделяли защите водителей и машинистов.
Создали и подвижные защитные кабины для выполнения некоторых операций, которые возможно выполнять только непосредственно на месте. Для предварительного укрупнения и частичного изготовления узлов и конструкций Укрытия создали монтажную базу Средмаша на территории бывшей “Сельхозтехники”, а для рабочих — бытовые зоны.
Сложно было совмещать работу гигантов Либхера и Демага так, чтобы они работали, как единый механизм. Даже обеспечение их электроэнергией превратилось в проблему, поскольку мощность требовалась большая, электрические сети в районе четвертого энергоблока были разрушены, а прокладке новых мешал высокий радиационный фон. Однако только в июле-августе трест “Спецмонтажмеханизация” смонтировал 5 трансформаторных подстанций, 3,4 км воздушных ЛЭП, проложил 38 км кабеля, установил более 100 светильников, смонтировал телевизионные сети и т.д. Трест “Промэлектромонтаж” оснащал электросистемами и телефонной связью вентиляционные и прочие объекты Укрытия. Казалось бы — мелочь в... любом другом месте, но не на разрушенном энергоблоке ЧАЭС. В радиационно-сложных условиях смонтировали 7000 метров трасс и проложили в них 5000 метров кабеля, смонтировали 1100 люминесцентных светильников, установили 112 электрических щитов различного назначения и пр.
“Вся эта работа была выполнена благодаря усилиям коллектива и, в первую очередь, таких электромонтажников, как А.Я. Алишев, Б.Г. Золотарев, И.И. Федюшин, В.А. Демидов, С.П. Андронов. Большую помощь в выполнении работ оказывали военнообязанные в/ч 55237, рядовые и командиры”, — пишет в своей ведомственной стенгазете В.М. Рябичкин.
Главный инженер УС-605 III смены строителей (с середины сентября по декабрь) Л.Л. Бочаров отвечал за сроки разработки основных проектных решений, которые нередко составляли одно целое с технологическими. Он рассказывал, что, например, многие конструктивные блоки весом в десятки тонн собирали и укрупняли на земле, чтобы одним подъемом поднять на 58-метровую высоту при большом вылете крановой стрелы — установить точно на штатное место целую раму из стальных балок весок 165 т. Это ускорило сооружение всего саркофага. Но строители знают, насколько ювелирно точна и сложна такая работа.
Краном опускали на еще открытый завал черные ящики — буи с аппаратурой, которая будет давать информацию о состоянии реактора. Датчиками “нафаршировали” и трубы перекрытия саркофага.
Свойства металла и бетона, из которых построено Укрытие, специалистам хорошо известны. Эти материалы не подведут в течение десятилетий. Однако тогда общий успех зависел от мастерства операторов-крановщиков и от слаженности всех действий. Поэтому одинаково значимо было участие каждого, хотя среди лучших все-таки называют бригады А. Андриянова, И. Павлова, С. Зуева; коллективы, где прорабом работал А. Фисун, а начальниками участков были А. Карташов и В. Блохин. Каждый мог предложить что-то полезное: как лучше, надежнее и быстрее выполнить работу, как обезопасить людей. Любые советы внимательно выслушивали и учитывали, а наиболее ценные широко распространяли: например, предложения плотника-бетонщика В. Вороткова, электросварщика Н. Константинова, монтажников В. Гнедого, П. Кима, А. Макарова, А. Шевченко.
Задание в деталях обсуждали заранее, а когда приступили к делу, то, если нужно, по рации получали команды о необходимых коррективах.
Подойти, проверить качество выполненной операции, тем более, что-то подправить невозможно. Следить за осуществлением такой операции можно только по телевизорам: кабины крановщиков находятся ниже уровня кровли. Понятно, какое напряжение было на командном пункте и в кабине монтажников, у бетонщиков.
Вероятно, примерно так же должны выглядеть работы где-нибудь на Марсе: видишь на экране телевизора, можешь скомандовать оператору о каком-нибудь необходимом действии, он нажмет на нужные кнопки, тоже с Земли. А вот потрогать пальцами, проверить, что же все-таки получилось — нельзя. И лишь потом приборы покажут, хорошо ли вышло.
Даже сооружение подъездных дорог потребовало от водителей искусства каскадеров. Они проходили там, где, казалось, пройти невозможно. Дороги были узковаты для больших машин, хорошо бы построить к ним новые насыпи, расширить, но водители предложили не строить, берегли время.
