Раиса Григорьевна, старший прораб треста “Южтсплоэнергомонтаж”, была единственной женщиной, руководившей погрузкой песка на вертолеты. А вскоре на станцию (не к родителям) пришла телеграмма из Болгарии с АЭС “Козлодуй” от их младшего сына Алексея, опытного СИУРа (старший инженер по управлению реактором): “Понимая сложную обстановку, прошу меня вернуть на АЭС”. Станция, правда, с его вызовом повременила — еще успеет, и для него дело найдется. Просил оставить на родной ЧАЭС и старший их сын Николай, тоже СИУР. Но и его дирекция отослала до времени на Запорожскую АЭС: “Отправим на отдых первую партию — вызовем и вас”.
А старший Шикинов стал снова работником станции — теперь в роли помощника директора по жизнеобеспечению. Это именно ему за считанные часы надо было в “Сказочном” определиться с жильем, организовать питание и транспорт для сотен людей.
Для него Чернобыльская АЭС началась в 1971 году, с палаток первых строителей,— он был тогда начальником отдела капитального строительства строящейся АЭС, потом заместителем главного инженера, заместителем директора. Даже выйдя на пенсию, по его убеждению, коллектив не бросил, а стал начальником плавательного бассейна в г.Припяти.
— Героизм заключается не в том, чтобы отважно лезть на бессмысленную смерть, — говорит Шикинов, — А вот мы глупо потеряли наши командные кадры. Только то, что Фомин, Дятлов, Брюханов не верили докладам очевидцев и посылали своих заместителей и начальников цехов еще и еще раз посмотреть на реактор, одно это — уже преступление.
...Одновременно с дезактивацией, и в основном весь персонал ЧАЭС в начале занимался ревизией оборудования энергоблоков.
Кроме того, на блоках постоянно работали и наблюдающие эксплуатационники. Они следили за тем, чтобы осуществлявшие дезактивацию солдаты по неведению или из любопытства не влезли куда-нибудь в опасную для их жизни зону, “не нажимали на кнопки”.
Только непосвященный думает, что сложное машинное или реакторное оборудование, в том числе механизмы, а также системы автоматического управления в остановленном состоянии легче и дешевле обслуживать, чем действующее. В действительности, их нужно систематически осматривать, как говорится, протирать и смазывать — иначе они могут выйти из строя. К тому же все это необходимо проверять в действии, ремонтировать, осуществлять комплексы пуско-наладочных работ.
Поэтому пока первый и второй энергоблоки считались неработающими, еще до проведения на них дезактивации, все основное и вспомогательное оборудование поддерживалось в состоянии готовности к работе. Система пожаротушения была выключена, но при необходимости включилась бы автоматически. Работала вся стационарная система дозиметрического контроля. Электрические схемы собственных нужд станции обеспечивали электропитание для любых механизмов электроблоков, которые были также постоянно задействованы в режиме ожидания пуска. В законсервированном состоянии ждали своего часа системы машинного зала. А работоспособность всех систем реакторных установок, вообще оборудования, контролировал персонал АЭС. Оба энергоблока в случае необходимости можно было бы быстро ввести в действие.
И, тем не менее, для комплексного опробования и пуска первого и второго энергоблоков Чернобыльской АЭС понадобилась специальная Программа. Она включала помимо дезактивации новую проверку каждого узла, арматуры, контрольно-измерительных приборов, многочисленных схем блокировок, сигнализации, автоматического включения резерва и так далее, и так далее. И после каждой проверки составляли акт о готовности. Предполагалась и модернизация. Комплекс организационных и технических мероприятий, которые были осуществлены в процессе подготовки к пуску энергоблоков №1 и №2, значительно повысил надежность и безопасность эксплуатации всего оборудования ЧАЭС. Значительные изменения на этих энергоблоках были внесены в состав активных зон реакторов, в их системы управления и защиты. В результате возросла надежность и безопасность энергоблоков в целом. Пересмотрели и главный документ, определяющий правила надежной и безопасной эксплуатации энергоблока — “Технологический регламент по эксплуатации 1 и 2 энергоблоков ЧАЭС с реактором РБМК.” Новый вариант Регламента предъявляет несколько более жесткие требования к эксплуатационникам по сравнению с прежними.
