После любви полностью

– Выходит, что так.

– Вам не кажется это странным?

– Нет. Разве я не имею права поужинать?

– Вы имеете право даже позавтракать. Тем более что несколькими часами раньше вы уже завтракали там. С другим молодым человеком.

– Да, с другом. С близким другом.

– А Франсуа Пеллетье не был вам другом? Близким другом?

– Нет, конечно. Мы познакомились накануне. Я везла туристов из аэропорта, а потом заполняла их карточки… Я уже говорила об этом.

– Вы заказали шампанское.

– Он заказал шампанское. Он – Фрэнки.

– Франсуа Пеллетье?

– Да.

– Вы называли его Фрэнки? Звучит достаточно интимно, согласитесь.

– Он сам просил называть его Фрэнки. Если бы он попросил называть его Бонд, Джеймс Бонд, я бы звала его Джеймсом Бондом. Мне все равно.

– Что было дальше?

– Ничего. Мы пили шампанское и болтали. Он сказал, что работал в дельфинарии, и я попросила его поделиться… м-мм… впечатлениями.

– Какими?

– О дельфинах.

– Вы интересуетесь дельфинами?

– Они мне симпатичны.

– А Фрэнки? Франсуа Пеллетье?

– Он показался мне милым, я уже говорила.

– Значит, вы тоже испытывали к нему симпатию?

– Да.

– Такую же, как к дельфинам?

– Не знаю. Нет. Пожалуй, дельфины вызывают у меня больший интерес.

– Но это не помешало вам весело провести время с Франсуа Пеллетье.

– Мы просто разговаривали.

– Вы выглядели влюбленной парочкой.

– Кто вам сказал такую чушь?

– Перед тем как заказать шампанское, Франсуа Пеллетье разговаривал с официантом.

– А-а, я помню официанта. Фрэнки… Франсуа о чем-то шептался с ним.

– Знаете о чем?

– Понятия не имею.

– Дословно: «Лучшее шампанское для моей любимой девушки. Я слишком долго ждал и теперь намерен оттянуться по полной».

– Чушь. Сплетни и враки.

– Документально зафиксированные враки. Они имеются в деле, и вы можете с ними ознакомиться. Официант – незаинтересованное лицо. Он видел вас в первый раз, так же как и Франсуа Пеллетье.

– Фрэнки мог сказать что угодно. На любом курорте полно таких типов. Выдающих желаемое за действительное. Я знаю по меньшей мере троих. За исключением Фрэнки.

– Значит, вы не его любимая девушка?

– Конечно нет.

– И вы никогда не встречались раньше?

– Господи!.. Нет. Сколько можно повторять…

– Он мог ограничиться фразой «Я слишком долго ждал и теперь намерен оттянуться по полной». Но зачем-то упомянул, что вы его любимая девушка. В разговоре с человеком, которого видел первый раз.

– Я уже сказала вам, что думаю по этому поводу.

– В категорию любимых девушек не переходят после ничего не значащего разговора о дельфинах.

– Официант подошел раньше.

– Тем более. Для того чтобы стать любимой девушкой, необходимо время.

– Я уже сказала вам, что думаю по этому поводу.

– Вы ушли из ресторана вместе?

– Нет. Я ушла немного раньше. Сказала… Сказала, что подожду его на улице.

– Немного нелогичное поведение, согласитесь.

– Нелогичное? Нелогичное для любимой девушки. А я не была любимой девушкой Франсуа Пеллетье.

– Когда Франсуа Пеллетье расплачивался, он выглядел чем-то расстроенным. Это подтверждают официант и еще двое свидетелей.

– Я даже знаю кто. Жалкие французишки, любители боулинга. Они тоже пытались склеить девушку. Безуспешно. Я с самого начала знала, что им ничего не обломится. Они видели меня, я видела их, я даже помахала им рукой, идиотка.

– Вы поссорились?

– С этими двумя?

– С Франсуа Пеллетье.

– Нет.

– Тогда что так расстроило его?