После любви полностью

– Понятия не имею. Хотя… Еще когда мы сидели за столиком, Фрэнки кто-то позвонил. Судя по всему, разговор был неприятным. Я подумала еще, что у него какие-то проблемы. Ваши свидетели… Это говенные французишки… Должны были это подтвердить.

– Они уже подтвердили. Что не видели, как Франсуа Пеллетье разговаривал по мобильному телефону.

– Конечно.

– Скажу вам больше – и при осмотре места происшествия, и при осмотре тела мобильного телефона найдено не было.

– Конечно.

– Чем вы это объясните?

– Кто-нибудь из ваших кристально честных подчиненных присвоил его себе еще до осмотра. Или… Или тот человек, который нашел Фрэнки. То есть… тело Фрэнки. Ведь был же человек, который нашел тело?

– Был.

– Вот и спросите у него, куда делся телефон.

– Я уже спрашивал. Но все дело в том, что у Франсуа Пеллетье был при себе бумажник с довольно внушительной суммой денег и кредитными карточками. Содержимое бумажника оказалось нетронутым. Согласитесь, проигнорировать бумажник и ограничиться лишь мобильным телефоном – довольно странный поступок. Нелогичный.

– Я не знаю, куда делся телефон. Может быть, выпал по дороге. Но Фрэнки звонили, и Фрэнки ответил на звонок.

– Куда вы отправились после того, как покинули «Ла Скала»?

– В отель.

– Тогда каким образом вы оказались в районе смотровой площадки форта?

– Я неточно выразилась… Мы собирались отправиться в отель. Но затем свернули к Скале дю Порт.

– Зачем?

– Просто… Решили немного прогуляться. Я хотела показать Фрэнки э-э… одну из главных достопримечательностей Эс-Суэйры.

– Это можно было сделать и днем. В темноте достопримечательности не разглядишь.

– Визит туда ночью показался мне романтичным.

– Таким же романтичным, как и отношения с Франсуа Пеллетье?

– У нас не было романтичных отношений. И я понятия не имела, что на смотровой площадке нет света. Обычно она освещена.

– Обычно да.

– Но в тот вечер света не было. И я до сих пор не знаю почему. Может быть, вы скажете мне?

– Кабель был перерезан.

– Это тоже сделала я?

– Вам виднее.

– Послушайте… Почему вы мне не верите? Я не знаю, где проходит этот чертов кабель! Я не электрик.

– А кто вы?

– Никто. Помогаю своему другу справляться с делами в отеле. Езжу в аэропорт за туристами. У меня есть международные водительские права.

– Ваш друг – владелец отеля «Sous Le Ciel de Paris’ Доминик Флейту?

– Да.

– Это ваш близкий друг?

– Да.

– Как долго вы живете в отеле?

– Три года.

– С тех пор как приехали из России?

– Да.

– Вы прибыли в Марокко как частное лицо?

– У меня был контракт с одной туристической фирмой в Санкт-Петербурге. Я должна была встречать русских туристов, заниматься их устройством.

– На сколько был заключен контракт?

– На полгода.

– Что произошло, когда контракт закончился?

– Ничего. Я осталась в Марокко.

– Почему?

– Мне понравилась страна. Мне не хотелось возвращаться.

– У вас были веские причины, чтобы отложить возвращение?

– Нет. Разве что обстоятельства личного характера.

– Вас не смущало, что вы находитесь на территории Королевства Марокко нелегально?

– Насколько я знаю, визовый режим между нашими странами отменен.

– Его отменили совсем недавно.

– Я… Я не думала, что мое пребывание здесь противозаконно. Я просто хотела остаться. Навсегда.

– Обстоятельства личного характера?

– Черт возьми… Я просто хотела остаться.

– Доминик Флейту этому поспособствовал?

– Доминик был добр ко мне. Я очень ему благодарна.

– Ваши отношения…

– Наши отношения не выходили за рамки дружеских. Они были доверительными. Да. Доверительными. Доминик здесь ни при чем. Он не знал, что я нахожусь на территории Королевства Марокко нелегально.

– И это несмотря на доверительные отношения?

– Доминик ни в чем не виноват.