Здесь ее больше ничего держать не может. Надо уходить. А она не могла. Ей казалось, что ОН все еще где-то здесь, на этом острове.
В конце концов, Владимир ее с пляжа увел.
Когда поднялись наверх, там уже работали люди в униформе уборщиков. Опять было полно охраны. Попадавшиеся навстречу люди, опускали глаза перед ней глаза и осторожно приветствовали.
Ну да. Она же теперь вроде как хозяйка.
- Вы назначите персонал, чтобы присматривали здесь? – спросил телохранитель, который теперь превратился в ее тень.
- Нет, - качнула головой Аня. - Я хочу, чтобы здесь все законсервировали и покинули это место.
Она оглянулась еще раз, окидывая взглядом остров. Застыла, закусив губу. Невозможно было уйти, сердце оставалось здесь.
Потом направилась к вертолету.
***
На этом острове была не только насосная. Когда-то его хорошо оборудовали, так, чтобы он выдержал вооруженную осаду. Здесь имелись и другие тайные, хорошо замаскированные убежища.
Когда Демидову сообщили, что частный вертолет заходит на посадку со стороны пляжа, он бросился встречать непрошеного гостя сам. Собственно, ради этого момента он и вытерпел больше недели, не подавая никаких признаков волнения. Не реагировал, когда ему доносили о том, что собирался Прохоров сделать с Аней. Он просто жил на пляже, спокойный и расслабленный, как овощ. Приходи и бери его голыми руками.
И перед адвокатом своим специально разыграл этот спектакль, чтобы притупить бдительность. Знал, что друг Боря продался и заложит его с потрохами Прохорову. А Пал Палыч не удержится, захочет лично поучаствовать в веселье и обязательно притащится сам.
Арсению было плевать на попытку захвата. Его люди вполне могли отбить атаку и положить всех мордой в пол, он ждал именно Прохорова. И не ошибся, старый мерзавец повелся и явился на остров. За то, что тот вообще смел грязно думать в сторону Ани, Арсений готов был разорвать его голыми руками.
Но сейчас нужна была холодная голова.
Сначала отправить Аню подальше отсюда, чтобы ее это не коснулось. А потом он просто выждал, когда «дорогой» гость выберется из вертолета и отойдет достаточно далеко. Отделить Прохорова от его людей и не дать осторожной старой гиене шанса уйти, как только это случилось, Арсений подорвал цепь зарядов, заложенных в основании скалы.
И да, все вышло именно так, как он рассчитывал. Взрывом смело все. Пара мгновений, и горящий остов вертолета уже валялся в стороне, а на пляж у подножия скалы был усеян трупами.
После этого Арсений с двумя своими парнями должен был уйти вентшахтой, ведущей на самый верх острова. Но когда взрывом разворотило дверь в насосную, расположенную в основании скалы, воздушной волной пламя затянуло внутрь. Огонь рванулся по шахте вверх.
Их зацепило.
Времени на принятие решения не осталось, либо прорываться сквозь ревущее пламя наверх, что немыслимо, либо уходить под воду. В насосной были опреснители и колодец забора морской воды. Арсений просто вытолкнул обоих парней в колодец и следом ушел под воду сам.
***
Остров действительно был хорошо подготовлен к осаде и внешним вторжениям. Кроме того, он еще имел естественные укрепления. О том, что под островом есть грот, Арсений знал. Попасть в него можно было как раз под водой. Но в том состоянии крайне трудно было его найти и еще вытащить туда двоих ребят.
Ему это удалось, но потом он просто отключился.
Когда Арсений очнулся, неизвестно, сколько времени спустя, он был сильно обожжен, а оба его телохранителя мертвы. Он оставил их там, а сам с трудом дополз к краю и рухнул в подводный тоннель.
***
Надо было возвращаться в Россию.
Предстояло несколько перелетов. Аня ушла в себя и почти не обращала внимания ни на что. Сумку, в которой лежала рубашка мужа, она так и не выпустила из рук. Вокруг что-то происходило, а ей было безразлично.
Вспоминалась та перестрелка на свадьбе, и как Арсений вез ее потом в вертолете, а она спала на его раненом плече. И остров. Чувство - как будто половина души осталась на том острове, туда тянулась нить из сердца. И разматывалась, и разматывалась...
Но у нее не было права тонуть в своем горе.
Чувствовать, плакать - это потом. Сейчас, раз она все-таки стала женой Демидова, придется становиться ею во всех смыслах. Аня прекрасно знала, что легко не будет, ее постараются загнуть. Никто не воспримет всерьез беременную бабу, «цветочницу», как ее называли презрительно.
Плевать, это даже было хорошо.
Она все еще была погружена в свои мысли, когда телохранитель напомнил:
- Анна Александровна, пристегнитесь, скоро будем дома.
После солнечного острова возвращение домой было сродни погружению в холодную и мрачную реку. Нет, дома тоже светило солнце и было множество людей вокруг. Просто мрачно и холодно было у Ани на душе.
В аэропорту их встречали. Люди Демидова, охрана, адвокаты. И журналисты. Не успела Аня появиться там, как ее мгновенно окружили, стараясь протиснуться в обход кольца охраны. Сразу же защелкали камеры и посыпались самые бестактные вопросы. Как стая акул на свежую кровь.