– Сбежали? – фыркнул Любор. – Вот он, ваш нурман!
И показал на меня, гад пузатый.
– Какой же это нурман? Это ж наш Волчок!
Рулав. Вот это приятно.
– Здрав будь, Волчище!
Мы обнялись. Потом Рулав обнялся с Зарёй, ткнул Любора кулаком в пузо, и строй встречающих распался окончательно.
– Я теперь с Трувором, – сообщил он. – Ольбард отпустил. Изборец держать, когда князь в отъезде, – пояснил Рулав, чтобы была понятна причина перемещения. Карьерный рост.
– Жнец тоже здесь? – сразу поинтересовался я.
– Нет. Он на полдень ушел.
– А ты?
– А я вот привел из Изборца кого смог, – пояснил варяг. – И знакомься: сотник плесковский Ставок. – Рулав хлопнул невежливого бойца по плечу. – А это, Ставок, Белый Волк, зять нашего князя, сам тоже князь и, главное, наш друг!
С нажимом на «друг», потому что плесковец глядел на меня, мягко говоря, недружелюбно.
– В Новом Городе что? – буркнул Ставок.
Я его проигнорировал:
– Рулав, пошли кого-нибудь собрать ваших старших. А у нас с тобой – особый разговор.
– Я задал вопрос!
Упорный.
– Мелок ты, Ставок, князьям вопросы задавать, – спокойно произнес Рулав. – Узнаешь со всеми вместе. Собери ополченцев огнищанских, кто там у них старшие, и приходите. Там все и узнаете. Спешки ведь нет? – спросил он у меня.
– Никакой. Беспорядок из-за Турбоя учинился. Теперь Турбоя нет, а с нурманским ярлом, которого он позвал, я договорился. Крови не будет. Миром договоримся.
– А Турбой что? – опять влез Ставок.
– Иди уже, настырный! – махнул рукой Рулав. – Дай с другом поговорить.
Толпа вокруг нас рассосалась, унеся куда-то Зарю и Любора. Ну да не пропадут.
– Дела на самом деле нехорошие, – сказал я Рулаву, понизив голос. – Этот Скульд – ярл Сигурда. И он знает и о Хрёреке, и о драккаре, который вы увели. Турбой разболтал. А если об этом узнает Змееглазый…
– Значит, узнать не должен! – отрезал варяг.
– Будет непросто. Кое-что Сигурд уже знает. Его драккар видел здесь какой-то купчик. А у Скульда почти тысяча хирдманов. И не пеньки вроде вашего Ставка, а лучшие воины Рагнарсонов.
– Ставок тоже с железом неплох. Хотя насчет пенька ты угадал. Пнем его и кличут. – Рулав ухмыльнулся. Но тут же согнал улыбку. – Что делать будем?
– Думать. О том, что я был с Хрёреком, тьфу, с Рюриком, Скульду невдомек. Турбой об этом разболтать не успел. Умер. А меня, кстати, Сигурд тоже просил выяснить, кто его драккар спер. Большую награду предлагал. Три за одного.
– Змееглазый? Просил? Тебя? – изумился Рулав.
– Я, помимо прочего, считаюсь человеком Ивара. И он был при разговоре.
– Тогда понятно.
Рулав прожил среди викингов не один год и об отношениях Рагнарсонов знал.
– Сколько людей у Рюрика нынче?
– Довольно, чтобы и с тысячей нурманов управиться.
– Это не просто нурманы. Это нурманы Рагнарсонов. Ты видел их в деле. Будет тяжко. Многие умрут. А ведь еще надо сделать так, чтобы ни один не ушел.
– Рюрик что-нибудь придумает. Он хитер, как сам Локи. Тем более и ты с нами. Ты же с нами, Волчище?
– Мы вместе, – успокоил я варяга. – Но надо, чтобы никто не разболтал Скульду обо мне и Рюрике. А для этого надо как можно быстрее его спровадить отсюда. Потому что тот же Любор с удовольствием стравит меня со Скульдом. Не нравлюсь я ему.
– Любору никто не нравится, – усмехнулся Рулав. – Но он – честный и не дурак. Я с ним поговорю. Чего он хочет, этот ярл Сигурда?
– Рюрика он хочет. И драккар. Новгород ему без надобности. Но если засядет за стенами, выковырять его оттуда у вас не получится. Хорошие стены, отличные воины, припасов в городе – на год осады. А если считать только нурманов, то и на три. Опять-таки четырнадцать драккаров. О судоходстве по Волхову и Ильменю можно сразу забыть.
– А вот это многие не одобрят! – оживился Рулав. – Здесь, считай, каждый второй, а то и каждый первый с водного пути кормятся. Хотя нашего князя новость о том, что путь к Киеву закроют, может и порадовать!
– Трувора? Чем, интересно?
– Нет, Ольбарда. Он же второй путь на восход держит. Встанет этот, пойдут товары через Белозеро.
Так и есть. А вот моим на Замковом острове – без разницы. От будущего Выборского залива оба пути открыты.
– А ты сам чего хочешь?
– А что ты скажешь, того и хочу, брат! Но для начала – горло промочить. Пойдем-ка! – Рулав ухватил меня за руку и буквально поволок за собой.
Я не сопротивлялся. Только глянул: как там моя женушка?
Заря была в порядке. Ей уже успели откуда-то подогнать лошадку, на которую она как раз садилась. А очень недовольный Любор что-то сердито втолковывал Ставку.
Но тут я был спокоен. Тысяцкий ничего не знал и потому разболтать ничего тоже не мог.
На ту сторону Волхова мы переправлялись уже не на рыбачьем корыте, а на моем драккаре. Дальше по берегу оказался вполне приличный причал, так что на борт мы поднялись с максимальным комфортом. Ну, если не считать того, что нас так накормили-напоили, что животик у Зари сейчас тянул этак на шестой-седьмой месяц беременности.
