Уже вижу, как вы неодобрительно качаете головой: мол, я слишком много оправдываюсь. Думаю, вы правы. Да, я пытаюсь доказать свою невиновность. Хотя ничего предосудительного мы с американцем не совершали, все-таки время от времени происходили эти крохотные обмолвки, повисала некая недосказанность. Череда подобных моментов, словно цепочка сигнальных маячков, должна была насторожить меня, сделать более осмотрительной, но, увы, этого не произошло. Впрочем, есть ли в том моя вина? Я вела себя достойно и не позволяла Фредерику ничего лишнего, да и сам он держался в рамках.
В расслабленной атмосфере отпуска, в теплых солнечных лучах, в постоянном присутствии друзей поблизости было легко вообразить, будто отношения с Фредериком останутся такими же дружескими, как при первой встрече. У меня не было причин винить себя в том, что я провожу с ним так много времени. Мне, замужней женщине со строгим самоконтролем, и в голову не приходило, что кто-то может усмотреть в нашей дружбе что-то зазорное.
Приглашение посетить нас в Ирландии перед отъездом в Штаты показалось мне вполне логичным. Это случилось в последний вечер пребывания в Коллиуре.
Ужин как раз закончился. Дети разбрелись по своим делам, и мы с Ритой и Фредериком остались втроем, поскольку Джерри и Рики давно уехали. Мы сидели у бассейна, налив себе по последней порции коктейля.
Рита шумно хлебнула из бокала и, наклонив голову, посмотрела на американца. Я знала, что она по-прежнему относится к нему с подозрением.
— Фред, — начала Рита, — а куда вы теперь направитесь? — Она настойчиво звала его Фредом, но я чувствовала, что ему сие не нравится. Конечно, будучи очень деликатным, он никак этого не показывал.
— Пока не знаю. Поезжу еще немного по окрестностям. — Фредерик пожал плечами и улыбнулся нам обеим. — Я пока ничего не решил. Но скорее всего направлюсь в Северную Италию. Посмотрим, куда судьба забросит.
— Может, лучше в Ирландию? Ты мог бы навестить нас, — вырвалось у меня.
Действительно вырвалось! Я не собиралась говорить ничего подобного, можете мне поверить.
И все же, когда слова были произнесены, я была довольна, что осмелилась их сказать.
Я не слишком верила, что Фредерик отнесется к моему приглашению всерьез. Пожалуй, я упустила из виду тот факт, что он американец, а те принимают на веру даже предложения, сделанные из чистой вежливости.
Спустя неделю после возвращения в Ирландию случилось неожиданное. Я ехала на станцию Дарт, чтобы встретить папу, приезжавшего на несколько дней. Рассеянно глядя на дорогу, я заметила впереди знакомую фигуру. Человек шагал вдоль шоссе с рюкзаком за плечами.
Мы узнали друг друга одновременно. Фредерик улыбнулся и замахал руками, а я так опешила, что слишком резко затормозила. Машину занесло. Впоследствии, вспоминая события лета, я задавалась вопросом, могла ли вообще что-либо изменить. Жизнь словно бесконтрольно катилась по собственным рельсам, оставив мне незавидную роль стороннего участника. Или все было в моих руках, а я упустила нужный момент? Впрочем, теперь поздно предаваться сожалениям.
— Что ты здесь делаешь? — изумленно спросила я, опустив стекло.
— Ты же сама меня пригласила, — ответил Фредерик, приблизившись к машине. — Похоже, водишь ты так же паршиво, как готовишь, — хитро прищурившись, заметил он.
Он припомнил мне неудачный опыт стряпни в Коллиуре. Я пыталась приготовить ему американский завтрак, но от волнения спалила тосты с беконом — слишком давно не пользовалась кухонной техникой. Тогда вся компания вдоволь потешилась над моим кулинарным провалом.
— Значит, я плохо вожу машину? — Я хмыкнула. — Что ж, позволь вернуть тебе комплимент: ты ужасно выглядишь.
Фредерик был небрит, с покрасневшими от недосыпа глазами.
— Думаешь, это моя вина? — Он кивнул на затянутые туманом холмы. — Как вышло, что ни один из автобусных маршрутов не проходит мимо твоего дома? Я с трудом добрался до ближайшей остановки и после нескольких дней пути из Франции в Ирландию вынужден топать пешком столько километров!
— Ладно, путешественник, залезай. — Я открыла дверь со стороны пассажирского сиденья.
— Спасибо. — Фредерик зашвырнул рюкзак назад, уселся рядом и широко мне улыбнулся. — Ты рада мне?
— Помолчи. Воспитанные люди не задают таких вопросов. Кстати, я еду на вокзал встречать отца, и времени на то, чтобы забросить тебя домой, не осталось. Тебе придется прокатиться со мной.
— Здорово. Обожаю родственников! Я покажу твоему отцу фотографии; думаю, он придет в восторг. — Мой спутник повозился на сиденье, устраиваясь.
— Какие фотографии?
— Те, что сделал во Франции. Там есть чудесный снимок — ты стоишь на террасе, на заднем плане бассейн. А еще общий снимок с детьми. Помнишь тот вечер, когда ты уговаривала Джека переодеться, он разозлился и прыгнул в воду, а за ним попрыгали и девчата?
— О, так тот снимок вышел удачным? Не терпится посмотреть! — Я включила кондиционер и завела мотор.
