— Честно, — она посмотрела куда-то мне за спину и призадумалась. — У тебя их нет. Я видела, что вытворяет Синицына на тренировках. Ты явно задела девчонку, и она наконец-то начала работать в полную силу. Я боюсь, что Кристина обойдёт Виолетту и Лизу, настолько она сейчас хороша. Будет смешно, конечно, когда эти курицы поймут, что их уделали. Но если всё будет так, как я говорю — то тебе нет места в призёрах.
— Тогда зачем я здесь?
— А разве ниже пьедестала мест и званий не существует? Там куча спортсменок, которые мечтают сойтись с тобой в честном бою. Твоё время ещё придёт, Мороз. Все видят какая ты. Знают, что ты из себя представляешь. Когда в этом году старички покинут свой пост, ты по праву займёшь их нишу. И никто не посмеет возразить такому раскладу.
— То есть вы не расстроитесь если я не получу медаль?
— А разве я должна? — пожав плечами, переспросила старший тренер. — Я пусть и говорю, что вы все мои звёзды и должны забирать все первые места, но я же не дурочка. Я знаю, что и в других школах достаточно прекрасных воспитанников, достойных своих мест и баллов. Я буду гордиться тем, что спортсмены нашей страны заняли всю пятёрку сильнейших на чемпионате мира. И знать, что ты часть этой пятёрки, с чистейшим прокатом и высокими оценками — это уже счастье.
— Спасибо вам, Ирина Владимировна.
— За что? Мне кажется, ты должна гнать меня вилами и кричать как сильно ненавидишь. — Усмехнувшись, подметила Славянская. — Все так делают, если ты не заметила.
— За всё. За то, что не оставили тогда у Академии с сумками и бумагой с отказом. За то, что тратили силы на меня и мои попытки выполнять что-то качественно. Я рада, что попала в Академию и что именно вы стали моей наставницей. Я всегда буду с гордостью говорить, что росла в группе Сияющих.
— Я рада, что ты не видишь во мне то чудовище, которым я являюсь на самом деле. Спасибо тебе, Мороз. Двери Сияющих всегда открыты для таких, как ты.
— Знаю, — я улыбнулась ей, и впервые за долгие годы, проведённые под её руководством, получила ответную улыбку. — Вы тоже волнуетесь?
— Смешно, не правда ли? Я ведь не выступаю, а стрессую больше, чем в свои юношеские годы, когда была полноправной участницей соревнований. Это ты ещё не видела, как Русаков на себе волосы рвёт перед стартом парников на таких стартах. Вы то на льду и особо не смотрите на то, как мы реагируем. Зрелище… Весьма удручающее, кончено, но безумно смешное. А ты думаешь, почему он так рано лысеть начал? Вот, всё поэтому. А Валимов вообще чудо. Он становится гипер-серьёзным и делает вид, будто он злой наставник и готов покусать учеников за каждую ошибку. Но ты прекрасно знаешь кто такой Илья, и как он себя ведёт. И вот мы, три грозные мегеры, подплываем к борту и наблюдаем за вашими прокатами. Я иногда смотрю мнения разных критиков, где обсуждают наши кислые лица и получаю колоссальное удовольствие.
— Никогда бы не подумала, что вы переживаете сильнее, чем мы.
— Это да. Я конечно знаю, что это не моё дело, но меня кое-что интересует. Это не совсем по теме соревнований, но всё же.
— Что именно, Ирина Владимировна?
— Насколько я понимаю, Король тебя конкретно приватизировал? — я залилась краской, после вопроса Славянской, и та удовлетворительно кивнула. — Так и знала. Ты поосторожней, Каролина. Придётся выбрать что-то одно. Особенно сейчас.
— Я уже сказала ему, что на первом месте у меня стоит спорт. И только тогда, когда я смогу распрощаться с фигурным катанием, Саша перейдёт на первый план.
— Рада, что ты понимаешь, как сложно это совмещать.
— Я уверяю вас, Ирина Владимировна, Король не встанет между мной и спортом. А если и встанет, тот я выберу карьеру.
— Как тренер, я скажу, что это верное решение. Фигурное катание не подводит, лёд не предаёт, а коньки не изменяют. Но как женщина, я скажу, что это самое неправильное решение в твоей жизни.
— Почему же? Разве вы не говорили, что наша жизнь — это мир большого спорта?
— Говорила. Но посмотри на меня сейчас. Я выбрала спорт, Мороз. И вот кем я стала. Посмотри и подумай, устраивает ли тебя такой расклад.
— Вы стали самой сильной личностью, которую я встречала. Вы — профессионал.
— Я профессионал, да. Только вот я всё чаще начинаю задумываться, а стоило ли оно того? Может я всё-таки сделала неправильный выбор?
***
Я сидела рядом с Татьяной в раздевалке, помогая девушке с платьем и причёской. До выступления парников оставалось всего пару часов, и подруга изрядно нервничала.
— Успокойся, Совинькова, — подбодрила я её, закалывая рыжие непослушные волосы. — Вы ещё пойдёте с Кириллом в зал?
— Собирались, — она одёрнула платье и тяжело выдохнула. — Я не готова.
— Готова ты ко всему, просто соберись и сделай максимум.
— Кирилл, чёрт бы тебя побрал, — верещала в коридоре Алиса. — Это женская раздевалка! Куда ты намылился?! Стой, кому говорю!
— Да чего я там не видел! Успокойтесь все, вы меня ничем не удивите. — Он спокойным шагом зашёл на запретную территорию, беря Татьяну за руку и утаскивая за собой. — У нас есть полчаса.
