Лорд потер нос.
— Не совсем так. Мы поссорились с нею кое из-за чего. У нее была противная птица. Я всегда ненавидел канареек. Но не стоит ворошить прошлого...— Он передернул плечами и добавил: — Я не думаю, что она когда-нибудь простит меня.
— А мне кажется, что она уже простила вас.
Лорд оживился:
— Вы так думаете? Я рад. Знаете ли, я ценю и уважаю Гонорию. Очень способная леди.
Он поднял голову, и его голос изменился:
— А вот идет Бриджит.
Люк почувствовал себя скованно при появлении Бриджит.
Он не сказал с ней ни единого слова с самого дня игры в теннис. По обоюдному желанию они избегали друг друга.
Он украдкой взглянул на нее.
Она выглядела раздражающе спокойной, холодной и безразличной.
Подходя, она беспечно проговорила:
— Я удивляюсь, что такое могло с вами произойти, Гордон?
Лорд Уайтфильд проворчал:
— Занимался чисткой. Этот парень, Риверс, имел нахальство взять мой «рольс» после обеда.
— Ах, какой пассаж! — насмешливо произнесла Бриджит.
— Вовсе ни к чему превращать все в шутку, Бриджит. Вещь серьезная. Он катал девушку.
— Наверное, ему не доставило бы никакого удовольствия катать самого себя!
Лорд Уайтфильд начал возбуждаться:
— У себя в доме я требую скромного морального поведения.
— Но ведь это вовсе не аморально пригласить девушку покататься на машине.
— Это аморально, так как машина моя.
— Тогда это больше чем аморально. Это почти богохульство. Да, Гордон! Трое интересных людей прибыли в гостиницу. Судите сами: 1) мужчина в больших очках и в прекрасной лиловой рубашке, 2) женщина без бровей с поддельными египетскими бусами, 3) толстяк в корреспондентских ботинках. Я подозреваю, что это друзья нашего Илсуорси. До меня дошли вести, что ночью будет игра на «Лужайке ведьм».
Лорд сильно покраснел и заявил:
— Я этого не желаю.
— Но вы ничего не сможете сделать. Лужайка принадлежит обществу.
— Повторяю, что я не желаю, чтобы здесь происходили подобные антирелигиозные штуки. Я напишу об этом статью. Напомните мне об этом, чтоб я дал Сидли задание. А завтра я должен буду поехать в город.
— О, лорд начал кампанию против колдовства,— легкомысленно заметила Бриджит.— Средневековые суеверия все еще встречаются в таких глухих местечках, как наше.
Лорд удивленно посмотрел на нее, а потом, резко повернувшись, пошел в дом.
Люк предостерег ее:
— Вы должны идти к своей цели осмотрительнее, чем вы это делаете теперь, Бриджит!
— Что вы имеете в виду?
— Было бы жаль, если бы вы потеряли работу. Сотни тысяч еще не в ваших руках, у вас нет еще ни бриллиантов, ни жемчугов. Я бы на вашем месте повременил с упражнениями в сарказме, пока свадьба не сыграна.
Она очень холодно встретила это замечание.
— Вы так благоразумны, дорогой Люк. И я рада, что вы принимаете так близко к сердцу мое будущее.
— Доброта и рассудительность всегда были моими правилами,
— Я не замечала этого.
— Нет? Вы меня просто удивляете.
Бриджит прекратила пикировку и спросила:
— Что вы сегодня делали?
— Проводил обычную слежку.
— Есть результаты?
— И да и нет, как говорят дипломаты. Между прочим, есть у вас дома какие-нибудь инструменты?
— Полагаю, что да. А какие вам нужны?
— Какие-нибудь обычные мелочи. Я бы сам выбрал, если бы мне позволили покопаться в ящике с инструментами.
Десятью минутами позже Люк уже рылся в ящике.
— Это прекрасно подойдет,— проговорил он затем, похлопывая себя по карману.
— Не собираетесь ли вы взламывать закрытую дверь?
— Может быть.
— Вы очень неразговорчивы или ничего не хотите сказать?
— Все осложнилось, я поставлен в очень неудобное положение. После нашего разговора, я полагаю, мне лучше уехать.
— С точки зрения джентльмена, это, наверное, так.
— Но так как я убежден, что иду по горячему следу опасного безумца, я вынужден остаться. Если бы у меня был предлог покинуть дом и перебраться в гостиницу... Придумайте что-нибудь.
Бриджит покачала головой:
— Это невозможно. Ведь для всех вы — мой кузен. Кроме того, гостиница полна друзьями Илсуорси.
— Итак, к вашему огорчению, я принужден остаться,
Бриджит ласково ему улыбнулась:
— Вовсе нет. Я могу покорять одновременно не только одного человека.
— Это не делает вам чести. Что меня восхищает в вас, Бриджит, это то, что у вас нет серьезности.
— Ну, ну, отвергнутый влюбленный. Пойдемте лучше одеваться к обеду.
Вечер прошел без чрезвычайных событий. Люк еще больше завоевал расположение Уайтфильда. Это было достигнуто благодаря интересу, с которым он выслушивал бесконечные рассуждения лорда.
Когда, наконец, после обеда они вышли в гостиную, Бриджит укорила их:
— Мужчины, вы долго отсутствовали.
Люк ответил:
— Лорд Уайтфильд так интересно рассказывал, что время пролетело, как вспышка молнии. Он рассказал мне, как основал свою газету.
Миссис Анструзер не удержалась от замечания:
— Эти новые фруктовые деревья в кадках совершенно очаровательны. Мы должны попробовать расставить их вдоль террасы, Гордон.
Далее беседа потекла по обычному руслу.
Люк в этот вечер рано откланялся и ушел. Однако не спать: у него были другие планы.
