Луна выглянула из-за облаков. Люк посмотрел вниз, куда указывала Бриджит, и заметил какую-то темную неподвижную массу. Он бросился вперед и опустился на колени. Потом он перевел взгляд вверх, на колонны калитки. Скульптур абрикосов, украшавших колонны, на месте больше не было.
Наконец он поднялся. Бриджит нервно дрожала и прижимала обе руки ко рту.
— Это шофер Риверс... Он мертв,— проговорил Люк.
— Эти ужасные каменные штуки время от времени падали. Я думаю, ветер снес их прямо на него.
Люк покачал головой:
— Ветер не смог бы сделать ничего подобного. О, это очень похоже и это так и есть... Это очередное убийство!
— Нет, нет, Люк!
— А я говорю, что это так. Я почувствовал на его затылке и в самой ране крупинки песка. Здесь же кругом нет ни песчинки. Кто-то стоял тут, выслеживая его, а потом схватил этот абрикос и убил его.
Бриджит прошептала:
— Люк, на твоих руках кровь.
Он мрачно ответил:
— Я видел кровь и еще кое у кого... Знаешь, о чем я сейчас подумал? Только днем я считал, что произойди еще одно убийство, и мы быстро выследим убийцу. И теперь мы знаем его. Это — Илсуорси. Он почему-то не был дома и вернулся с окровавленными руками. Он подергивался и подскакивал, как сумасшедший. Это — убийца-маньяк!
— Бедный Риверс,— проговорила Бриджит, снова взглянув вниз.
— Да, бедный парень, ему чертовски не повезло. Но это будет последнее убийство, последнее, Бриджит. Теперь-то мы знаем и поймаем убийцу!
Он увидел, как она пошатнулась, теряя сознание, и подхватил ее на руки.
— А-а,— протянула она жалобно и как-то по-детски.— Я боюсь, я очень боюсь...
— Все уже позади, дорогая,— ответил он,— все прошло.
— Будь добрым со мной,— попросила она,— пожалуйста, ведь мне было так больно...
— Мы сами делали больно друг другу,— ответил он,— и больше никогда не должны этого делать.
Доктор Томас с удивлением посмотрел на Люка.
— Поразительно! — проговорил он.— Поразительно! И вы это серьезно говорите, мистер Фицвильям?
— Абсолютно. Я убежден, что Илсуорси является опасным маньяком.
— Я никогда не обращал внимания на этого человека, хотя мог бы сказать, что он не вполне нормален.
— Я зашел дальше, чем вы, в своих убеждениях,— мрачно заметил Люк.
— И вы серьезно думаете, что этот шофер, Риверс, был убит?
— Вполне. Вы заметили крупинки песка в его ране?
Доктор Томас кивнул.
— Я специально искал их после вашего утверждения, и вы оказались совершенно правы.
— Это объясняет положение вещей. Разве «несчастный случай» не подстроен нарочно? И разве он не был убит ударом мешка с песком?
— Не обязательно.
— Что вы хотите этим сказать?
— Допустим, этот Риверс валялся днем в песчаной яме, их много здесь. Вот и объяснение песчинок в его волосах.
— Сэр, я говорю вам, что он был убит!
— Говорить можно что угодно, но это еще не факты,
Люк постарался сдержать раздражение.
— Я полагаю, вы не поверили ни одному моему слову.
Доктор Томас мягко улыбнулся:
— Вы должны согласиться, мистер Фидвильям, что это довольно дикая история. Вы доказываете, что Илсу-орси должен был убить служанку, мальчика, пьяного мужчину и моего коллегу — старика доктора, наконец, этого шофера Риверса...
— А вы в это не верите!
Доктор Томас пожал плечами:
— Я прекрасно знаю случай с доктором Хьюмбелби. И я убежден, что нельзя предполагать, будто Илсуорси был причиной его смерти. И я, право, не вижу, какие у вас есть доказательства его виновности.
— Я не знаю, как он это сделал, но это хорошо вяжется с историей мисс Пинкертон.
— Здесь вы опять лишь допускаете, что Илсуорси поехал вслед за ней в Лондон и там сбил ее своей машиной. Но ни тени доказательств! Одна... ну... романтика!
— Теперь,— сказал Люк резко,— когда я не могу убедить вас в своей правоте, но лично убежден, что я на правильном пути, теперь моя обязанность добыть доказательства. Я отправлюсь завтра в Лондон. Мой приятель произведен в высший полицейский чин. Он меня выслушает и прикажет произвести расследование. И по всем этим делам...
Доктор Томас задумчиво погладил свой подбородок:
— Это было бы хорошо. И тогда выяснится, что вы ошибаетесь.
Люк прервал его:
— Вы действительно не верите ни слову из этой истории?
Томас поднял брови:
— Верю ли я в массовое убийство? Говоря откровенно, не верю. Слишком фантастично.
— Но все вяжется одно с другим, если принять историю мисс Пинкертон за правду.
Доктор Томас покачал головой:
— Если бы вы знали этих старых дев так хорошо, как я...
Люк поднялся, пытаясь сдержать досаду.
— Фома вы неверующий, вот вы кто.
Томас ответил, не теряя хорошего настроения:
— Представьте доказательства, мой дорогой. Это все, о чем я прошу, а не мелодраматический вздор старой леди.
— Что именно ей померещилось?
Томас снова улыбнулся.
Люк заговорил с еще большим раздражением:
— Не забывайте, что я и сам из полицейских...
И он покинул приемную доктора Томаса.
На улице он подошел к ожидавшей его Бриджит.
— Ну, как вы там с ним?
