— Это не экономия. — Лера старалась говорить просто, чтобы мать не приняла ее замечание, как упрек. — Это страсть к накопительству. Ты откладываешь деньги на сберкнижку для будущего, которое никогда не наступит. А сегодня ты не имеешь ничего…
— Откуда ты про сберкнижку знаешь? — Глаза матери вспыхнули. — Подслушиваешь нас с отцом?
«Я узнала о ней, когда ее сожрал развал Союза, — подумала Лера. — По твоей реакции… У тебя был нервный срыв… Еще бы! Двадцать тысяч! Безумные деньги! Которые никогда уже не вернуть».
— Это не важно, — ответила она. — Позволь я скажу. В действительности, у нас есть только сегодняшний день…
— Я не поняла, — перебила мать. — Это что за политика? Такому в школе учат или это влияние Запада? Внесли заразу в страну со своим пепси-шмепси! Жить одним днем? Все спускать сегодня, а завтра остаться голодному и загнуться? Это путь алкоголиков и воров! Я не знаю, где ты этого нахваталась, но только немедленно выбрось это из головы!
— Вот если ты взрослый, тебя нельзя перебить, ты говоришь дело… — пробормотала Валерия. — А ежели ребенок — так сразу прикуси язык!
— Что?
— Давай представим, что мне не пятнадцать, а сорок, — предложила Валерия. — Давай, это не трудно. Я знаю, слишком хорошо знаю, как взрослые относятся к рассуждениям детей. И очень неправильно относятся… Объясню, почему. — Она отложила нож, которым нарезала тесто и набрала побольше воздуха в легкие:
— Кадый день ты думаешь одно и то же: о сберкнижке, о продуктах, о папиных импортных таблетках и о том, что человек, который их может достать, снова повысил цену… О работе ты думаешь каждую минуту. Я, по-твоему, не слышу, как ты вскакиваешь в ужасе среди ночи, бежишь на кухню пить валерианку, потому что не уверена, успеваешь ли с отчетом… Эта твоя нескончаемая головная боль из-за низкого давления — это зацикленность на проблемах! Все, куда не глянешь — причина для расстройства. Если кто-то из знакомых радуется жизни, ты злишься на них, — в твоем представлении они живут одним днем, не думают про завтра — несерьезные люди! И ты тянешь всю эту повозку, ненавидя свою жизнь от самого начала и до конца. И в душе ты понимаешь, что ничего никогда не измениться. Правильно, не измениться, если не измениться твое отношение…
Деньги на сберкнижке не украсят твою старость. До старости еще дожить нужно. А придет она с кучей болезней и оскорбленной душой. Тогда деньги, хоть целый миллион, не исправят ничего. Не вернут ни здоровья, ни душевного равновесия. Ты догадываешься об этом, и, заглядывая мельком в будущее, падаешь духом еще больше. Но продолжаешь себя обманывать день за днем, что другого пути нет, что ничего не упадет на тебя, как манна небесная. Ты потому и несчастна… И заставляешь себя экономить еще больше. Как будто это — единственное спасение. Тебя все раздражает, угнетает, расстраивает. Не удивительно.
В это время подросток, который, как ты склонна думать, ни черта не смыслит в жизни, наблюдает за взрослыми и делает соответствующие выводы. Правильные они или нет, но это напрямую связано с тем, кокой сложиться его жизнь в дальнейшем. Дети созерцают куда больше, чем зацикленные на работе родители. Уж поверь мне! Если ребенок ходит куда-то с друзьями, он, быть может, не так детально наблюдает за родителями, подмечая их недостатки, программируя себя на собственные промахи в будущем — на ту же подавленность и чувство безысходности. Но ведь стимул куда-то идти, с кем-то знакомиться, проявлять себя в обществе не появится, если ему нечего показать, то есть если не в чем пойти… Это нормально. Ненормально совсем другое — если у подростка не возникает желания иметь что-то стоящее, красивое, что не сливает его с толпой…
— Ты из-за джинсов затеяла этот форум? — вдруг перебила мать.
— Что? Нет… Господи! Какие еще джинсы? Прошу, дай мне договорить! Все слишком взаимосвязано, и я пытаюсь сказать то, чего ты не замечаешь, потому что смотришь совершенно в другом направлении. Дослушай меня, мам… Подросток идет гулять с друзьями, если у него есть что показать. Тогда он уверен в себе. Собственно, это не только подростков касается, но я говорю сейчас о том, с чего все начинается… Ты сказала про джинсы. Окей. У тебя есть новые джинсы. Они прекрасны, хорошо на тебе сидят. Ты счастлив. Чем ты хуже звезды из журнала? Спадают комплексы, появляется чуть больше раскованности. Ты стремишься к общению, привыкаешь к нему…
Мать смотрела на нее с явным недовольством.
— А если ребенок обделен, — Валерия всеми силами пыталась структурировать свою речь, — тогда он… как правило, ненавидит свою внешность, чувствует жалость к себе и питает зависть к остальным, а это никогда не сделает его хорошим человеком. Боже… Я говорю про комплексы. Про то, что жрет здоровье, лишает радости, запутывает так, что самому черту не разобрать, где хорошо, а где плохо.
Лера на секунду замолкла, просто чтобы перевести дыхание.
