Откуда это? Из каких глубин памяти всплывает… лес, дерево, я сижу на нижней ветке, изо всех сил поджимая ноги, вжимаясь в шершавый ствол, пытаясь слиться с ним. А внизу беснуется жуткая тварь, подпрыгивает, щелкает громадной челюстью, пытаясь меня достать. Желтые глаза горят обещанием смерти.
А что там, вдалеке? Трава и листья на поляне окрашены в темно-бордовый цвет. Трое, нет, четверо волков склонились над… чем? Месиво из окровавленного тряпья, костей, мяса… Они терзают и рвут зубами…
Я задохнулась от ужаса, острой болью пронзило сердце.
– Мама! Это была моя мама! – рыдания вырвались из груди вместе со звериным воплем. Люди, стоящие вокруг, отшатнулись.
– Мили, что с тобой? – Андре испуганно схватил меня за плечи, заглядывая в лицо. Я даже не обратила внимания на то, что он перешел на «ты» и назвал меня Мили. Меня колотило крупной дрожью, слезы безостановочно лились из глаз.
– Уведи меня отсюда, – жалобно скулила я, – уведи.
Андре подхватил меня на руки и куда-то понес. Я закрыла глаза, но перед ними, словно отпечатавшись на веках, стояла страшная картина из детства.
Значит, вот что я забыла…
Как же мы оказались в лесу? Что делали вдвоем? И кто меня спас? Сильно разболелась голова, словно огненной иглой пронзило висок. Охнув, я сжала зубы.
Мы сели в карету. Андре приказал кучеру гнать изо всех сил. Карета раскачивалась и подпрыгивала на ухабах – к головной боли добавилась тошнота. Дорога запомнилась бесконечной выматывающей агонией. Сцепив зубы, я едва сдерживала рвоту. «Нужно было все-таки послушать интуицию», – промелькнула болезненная мысль. С другой стороны, если бы я не пошла в зоопарк, то память так бы и осталась взаперти. А это важнее какой-то там головной боли. Страшно жить без памяти, и эти крохи, которые я вспомнила, были сейчас дороже всего на свете. Даже такие ужасные.
– Что с ней? Мили? – обеспокоенный голос Яны рядом. И наконец спальня, кровать, какое-то горькое питье и блаженное беспамятство.
Я проснулась глубокой ночью. Спать больше не хотелось. Я встала и прошлась по комнате. Увидела на столе накрытые салфеткой пирожные, остывший чай. Горло запершило от болезненной сухости, я налила напиток и поднесла к губам. Запахло знакомой травой, дающей успокоительный эффект. Она росла на севере. Поначалу Агата часто мне ее заваривала, пока я не научилась держать себя в руках.
Сейчас она мне не помешает, потому что я собиралась вспомнить все, что забыла прежде. По крайней мере, попытаюсь.
Села у окна в любимое кресло, рядом поставив поднос. Обратилась к ведьмовской силе, умоляя ее помочь мне вспомнить, кто я и как оказалась в лесу. Немного подождала. Ничего не произошло… Значит, придется самой.
Итак…
Я опять вызвала из памяти тот ужасный момент, где сижу на дереве, а внизу прыгают волки, пытаясь до меня добраться. Паническая дрожь прошла по телу. Я взяла чашку и залпом выпила отвар, налила еще. Это конец. А где же начало?
Потихоньку, шаг за шагом, я отматывала назад. Вот мы идем с мамой вдвоем, измученные, уставшие, выходим на ту поляну, где стоит широкое раскидистое дерево, на нижнюю ветку которого закинула меня мама, а сама не успела взобраться. Нас окружили волки, они ухватили маму за подол и сдернули вниз. Достаточно! Назад…
Вспоминаю, что раньше нас было больше. С нами шли еще мужчины. Но с каждым разом защитников становилось все меньше и меньше. Нас кто-то преследовал? Пытался убить?
В конце концов, остались лишь мы и личный телохранитель папы. Я помню его. Сильный воин, всегда серьезный и хмурый, с огромными ручищами. Я могла сидеть на его ладони, помещаясь в ней целиком. Сколько же мне было лет?..
Его звали… Да! Хонрокс. Он приказал маме бежать, а сам остался один против толпы преследователей. И если они нас не нашли, значит, расправился с ними полностью. Дальше мы очень долго плутали. Заходили все глубже и глубже в лес, в непроглядную чащу. Еда в котомках закончилась, мы ели какие-то ягоды, которые собирала мама. Я просила пирожные, но мама только плакала и гладила меня по голове. А потом нас окружили волки…
Я выпила еще одну чашку. Сердце стучало рвано, словно не знало, какой музыкальный ритм выбрать – медленный или быстрый. Тело покрывал холодный пот. Я поежилась, стянула с кровати покрывало и закуталась в него полностью.
От кого же мы убегали? Что произошло?
Я вспомнила, как жила в роскошном доме, носила шелковые платья, у меня были слуги, игрушки, пони. А главное! У меня были папа и мама! Папа… Темноволосый высокий красивый, носил меня на руках и называл принцессой. Не помню, правда я была принцессой или это просто ласковое прозвище. Мама… Нежная, добрая, замечательная…
Я повернулась к зеркалу и задумчиво уставилась на свое отражение, почти не различимое в темной комнате. А ведь я очень похожа на отца. Просто копия. И серебристо-серые глаза, и высокие скулы, белоснежная кожа, темные волосы и брови.
