Он ошарашенно уставился мне в лицо, словно не ожидал подобного ответа.
– Я не буду терять драгоценные молодые годы на человека, который ставит долг превыше любимой женщины, – я несла абсолютную чушь, самой было смешно. Но, надеюсь, ее хватит, чтобы навсегда отвадить Андре от Милены Яковецкой. – Даю слово: когда вы вернетесь из поездки, я буду замужем. У меня достаточно кавалеров, чтобы не быть одной.
Лицо Андре покрылось мертвецкой бледностью, глаза наполнились болью.
– Значит, вы никогда не… – его голос болезненно дрогнул. – Я никогда не нравился вам?
Впервые за свою жизнь я почувствовала себя настоящей ведьмой, злобной, гадкой, бездушной. Я намеренно делала Андре больно, и эта боль отражалась эхом у меня внутри.
– Увы, – я встала из-за стола и посмотрела на Андре сверху вниз, – советую вам не питать более никаких надежд в отношении меня. Прощайте.
Развернувшись, я направилась в кондитерскую, успокаивая себя тем, что моя жестокость оправданна – лучше отрубить гниющую плоть сразу, чем резать по кусочкам. Взволнованная Яна не находила себе места, меряя шагами крохотный зал. Увидев меня, она изменилась в лице. Я молча растянула губы в ироничной ухмылке, не желая делиться своими растрепанными чувствами даже с подругой. Слишком противоречиво я себя чувствовала. Все-таки я не такая уж и бесчувственная.
Яна вылетела на улицу, схватив корзинку, в которую мы обычно кладем выпечку для заказов. Надеюсь, она его утешит, и он увидит, какое сокровище не замечал столько времени. Я устало опустилась на табурет у витрины. Пусть я и не любила Андре, разговор оставил тягостное впечатление.
Яна заметно повеселела. Вчера они с Андре долго стояли у калитки и о чем-то тихо разговаривали. Успокаивала или признавалась в своих чувствах? Не знаю, пусть разбираются сами, я и так сделала все возможное. Конечно, я могла бы задействовать ведьмовскую силу и пожелать им любви до гроба, но считала неправильным навязывать сокровенные чувства, зная, что ни к чему хорошему это не приведет.
А вечером опять появился Вышинский, напомнив мне о том, что я так тщательно от себя скрывала. Мысль о том, что ведьмовская сила сводит меня с наследным лордом, не раз и не два приходила мне в голову. Первая ласточка – его замок, затем столкновение в кафе, противостояние на допросе, частые посещения моей кондитерской, встреча в театре. Плюс, какой бы журнал или газету я ни взяла, везде натыкалась на статьи о нем.
Каждый раз, когда я видела его за столиком, внутри меня что-то дергалось. Даже если я не подходила к нему и не здоровалась. Казалось, я чувствую, куда он смотрит, о чем думает, что собирается сделать. Если я разбирала бумаги в кабинете на втором этаже и выглядывала из окна, он сразу же находил меня глазами, как и я его.
Значило ли это, что Вышинский является для меня самой подходящей парой? Любовью всей моей жизни, лучшим мужем из возможных? Неизвестно… Только вот вряд ли наследный лорд возьмет в жены безродную сироту. Это раз. А два – я сама ни за что и никогда не соглашусь на отношения с ним. Интуиция лишь подбрасывает лучший вариант, а уже от меня зависит, принять ее дар или отказаться.
Нет, я не поддамся ей. Часто я поступала ей вопреки, и впоследствии решения были правильными, по крайней мере, мне так казалось.
Конкретно этот ее дар мне ни к чему. Я справедливо опасаюсь главного дознавателя, не желаю иметь с ним ничего общего. А еще он ищет ведьм для каких-то своих тайных целей, что тоже заставляет меня держаться от него как можно дальше.
– Кстати, – вдруг прошептала Яна у моего уха, – у Вышинского нет постоянной любовницы. Об этом сплетничают все аристократы. Он слишком принципиален и горд. Странно, правда?
Я вздрогнула и очнулась от задумчивости, с досадой заметив, что давно пялюсь в окно на сидящего за столиком дознавателя.
– Откуда ты знаешь?
– На неделе заходила леди Барановская, она любит поболтать… А еще говорят, что королева опять подыскивает Вышинскому жену.
– Я-то тут при чем? Вряд ли она ищет ее среди простолюдинок.
Странно вообще то, что именно королева занимается поисками невесты для своего любимчика, а не он сам. Но это не мое дело.
Яна улыбнулась и пожала плечами. Неужели я была столь неосторожна, что она заметила мой интерес к наследному лорду? Отвернувшись, я отправилась на кухню учить Мирослава новому рецепту – суфле из свежих ягод. Я вчера послала во дворец несколько штук на пробу, королевский двор оценил и заказал на завтра большую партию.
Почти каждую неделю-две я выдавала на пробу новый кондитерский шедевр. Смешивала несмешиваемое, добавляла к сладкому соленое и кислое, вымачивала ягоды то в меду, то в вине, то в лимонном соке, делая разные начинки. Бывало, я сама ходила на рынок и приобретала по чуть-чуть ягод, фруктов, орехов, привезенных из различных концов мира. Шла на кухню и экспериментировала.
