Следующая башня тоже была погребальной. Но в ней было совсем мало тел. Сохранились они еще лучше, и при жизни были совсем похожи на инопланетян. Но живых инопланетян здесь тоже не было. Куда же они все подевались? Люди осмотрели башню в поисках следов, но ничего не нашли. Оставалась последняя башня — последняя надежда. Если и там ничего не будет, то придется возвращаться — ночь уже не за горами, а при свете луны у людей не будет никаких шансов в незнакомом месте. Последняя башня сохранилась лучше остальных, и пришлось потрудиться, прежде чем найти подходящую трещину для проникновения. С трудом протиснувшись в узкую щель, люди оказались внутри. Андрей облегченно вздохнул. Пусто. Не было никаких следов инопланетян. Пора возвращаться. Они сделали все, что смогли. Обдумать результат и понять, что дала эта вылазка нужно будет позже, после возвращения. Четыре мрачных человека и один почти спокойный двинулись в обратный путь, уже не осматривая внимательно тело поверженного технологического зверя. Они шли по бетонно-кирпичным внутренностям, вслушиваясь в застывшую тишину, покрывавшую развалины как куполом. Ветер не поднимал пыль, взбудораженные летучие мыши давно успокоились, инопланетяне пропали, другие живые существа опасались подходить близко. Люди шли между кирпичных зданий, каждый думал о своем, и когда они повернули за очередной угол, стало понятно, куда делись все инопланетяне. Андрей шел впереди и столкнулся нос к носу (хоть от носа и осталось только два отверстия на бледной коже) с крупным инопланетянином. Ни у кого не возникло мысли выстрелить — он был не один. Несколько сотен блеклых глаз смотрело в десять человеческих глаз. Люди и инопланетяне замерли, застигнутые друг другом врасплох. В построении инопланетян наблюдался порядок. За небольшой группой в авангарде, возглавляемой крупным вожаком, тянулись стройные ряды инопланетян. Некоторые из них по двое держали носилки, на которых лежали забальзамированные тела. Это была похоронная процессия! Они несли умерших в башню молчания. Такого не ожидаешь от животных, не обладающих разумом. Андрей стоял напротив главного (он больше всего походил на эту роль) и смотрел ему в глаза. Сначала он увидел мертвого инопланетянина, затем охотящегося, и вот, наконец, столкнулся с ними лицом к лицу. Его глаза. Это были человеческие глаза, хоть и блеклые. В них светился разум. Именно это останавливало Андрея от стрельбы в первую очередь, а не явное численное превосходство. Его спутники поняли это. Почувствовали. Люди стояли напротив людей. Главный оппонент тоже все понял. Он поднял правую руку и дал знак своим сородичам. Они двинулись к башне, обходя Андрея и его спутников справа. Андрей тоже пошел в прежнем направлении. Две группы людей мирно разошлись, не проронив ни звука. Церемония смерти не дала прерваться жизни.
Весь остаток пути до города они прошли молча. Каждый переваривал увиденное. Это была дюже странная встреча. Проще всего было Андрею. Он уже много повидал, и такой поворот событий не напугал его, а скорее даже обрадовал. Он не представлял, какое смятение сейчас творилось в головах его спутников. Они поняли, что инопланетяне — вовсе не инопланетяне, и что встреча с ними может закончиться безопасно для всех сторон. Теперь только от них зависит, будут ли люди жить в мире друг с другом или продолжится взаимная охота. Поверят ли им остальные. Поверят ли они сами себе. Смогут ли они найти общий язык с теми, у кого нет языка. Люди, даже понимая язык друг друга, зачастую с трудом могут договориться. Мир дается большим трудом, но затраты стоят этого труда. Андрей не мог вмешаться в этот процесс — он здесь проезжий и не имел достаточного авторитета и права вмешиваться в чужую жизнь. Только сами люди могут справиться со своими проблемами. Никакая внешняя помощь не решит всех проблем. Она может только помочь, подтолкнуть. Андрей помог людям понять другую сторону, хоть сам и не ожидал этого. Или дал шанс понять, что не так уж и мало. Он сделал все, что мог, и теперь пришло время продолжить свой путь. Ночь уже стала предъявлять времени свои права, когда они заметили огни небольшого города, служившего им отправной и конечной точкой. Вылазка, такая пустая и, вместе с тем, такая полезная заканчивалась. Оставалось сделать пару десятков шагов, и Иртыш остановился. — Что-то мне нехорошо, братцы, — сказал он, и его вывернуло. — Голова болит. — Владилен и Военмор взяли его с двух сторон и бегом понесли в сторону медицинского блока. Но не дойдя и нескольких метров им как по команде тоже стало плохо. Несколько человек, встречавших их, бросились на помощь. Андрей почувствовал головокружение и прежде чем упасть в обморок, увидел взволнованные лица приближающихся к нему людей.
