Войдя внутрь, Андрей оказался в большом высоком помещении. Это была вотчина инженеров-художников — «сборочный цех». Назывался он так потому, что в нем собирались инженеры перед тем, как отправиться на объекты, а по праздникам собирались с целью отметить торжественное событие. По периметру стояли пронумерованные шкафы и столы, закрепленные за работниками. По центру располагались различные станки и инструменты. Большая часть станков стояла нетронутая, так как вся основная работа проходила на выезде, а станки использовались для создания редких, нестандартных деталей, заказать которые могла лишь очень небольшая часть важных людей. Столы использовались чаще, и не только в качестве места для поедания обедов, но и для внесения правок в чертежи. И хотя чертежи проводки всех коммуникаций составлялись другим отделом — проектировщиками, художники как люди, работающие в поле и знающие на практике особенности монтажа, могли, а иногда были вынуждены исправлять ошибки в чертежах. Но чаще всего, конечно, использовались инструменты — это были продолжения рук инженеров-художников, без них не было смысла выезжать на объект. В этот раз почти все инженеры были в цеху, однако никто не работал. То там, то тут группировались инженеры, обсуждая интересующие их проблемы. Оставив вещи в своем шкафчике, Андрей пошел разыскивать Алекса, переходя от одной группы переговаривающихся людей к другой.
— Вы слышали, Анна-Мария оказалась внебрачной дочкой Переславлева. Теперь нужно отменять свадьбу, не будет же она выходить замуж за собственного брата.
— Да нет, свадьбу надо отменять, потому что Аркадий оказался помолвлен с Генриеттой Збруевой, и у них уже даже есть сын.
— Вы оба не правы. Во-первых, не сын, а дочь, а во-вторых, Это как раз и есть дочь Анны-Марии.
Андрей не стал слушать и пошел дальше — это были любители светских ток шоу, в которых обсасывалась и сакрализировалась жизнь публичной части правителей. Это были самые яркие и популярные шоу в городе. Андрей пытался посмотреть некоторые из них, но даже самые незамысловатые книги, найденные в каналах, были гораздо интереснее.
— Точно говорю тебе, Его убежище находится в самом центре города, под землей, на глубине в пять километров.
— Да что там видно-то под землей. Он живет в башне, откуда видно, что творится в любой точке города.
— А я согласен, что Он живет под землей, но за пределами города, для безопасности. Это если город уничтожат, то Он останется жив.
— Да кто же нас уничтожит, у нас же купол есть.
Небольшая группа мужчин переговаривалась вполголоса. Одной из черт, отличающей инженеров от остальных каст было любопытство. И у части сотрудников это любопытство находило выход в обсуждении почти запретной темы, а потому очень притягательной — личности Главного правителя. Разговоры о нем пока еще не карались, но сведений доходило очень мало. Никто не знал где он живет, с кем, состояние его здоровья, да даже жив ли он. Единственное знание о нем заключалось в подписываемых почти ежедневно законах и поручениях, которые регламентировали все аспекты жизни, а также в ежемесячных напутствиях, суливших светлое будущее и призывающих еще лучше работать на благо родины.
— И тут они услышали зов.
— Зов древнего хтонического чудовища?
— На что он похож, не знаю. Может и на… как ты сказал — хронического?
— Хтонического.
— Вот-вот, может и на его похож. Да только действует он как магнит — все на этот зов и пошли, кроме одного. Он какой-то слишком чувствительный оказался — не выдержал и помер.
Несколько человек стояли вокруг взволнованного, интенсивно жестикулирующего руками человека. — Эту байку я уже слышал, — подумал Андрей, продолжая поиски.
— Я в прошлый раз попробовал уменьшить количество припоя в этой схеме и у меня бинистор перестал переключаться.
— Конечно перестал, сопротивление же увеличилось, вот и не стало хватать ему тока.
— Но я же увеличил площадь соприкосновения, я рассчитал — ничего не должно было измениться.
— Эх ты, здесь же анормальное подключение, в таких схемах нужно учитывать дельтапроводимость, а она от площади не зависит.
— Точно, и как это я забыл. Но тогда же можно поменять полярность и заменить Т24 на Т221. Это и потребление позволит снизить.
— А вот это может сработать, надо твое предложение обмозговать.
В другой ситуации Андрей с удовольствием присоединился бы к техническому обсуждению особенностей подключения бинистора, но нельзя было терять время — нужно было найти Алекса. Он должен был помочь, по крайней мере, советом. Побродив еще немного между разговаривающими группками людей, Андрей наконец увидел Алекса. Он стоял посередине самой многочисленной группы и разговаривал с Михалычем об испорченных материалах. Увидев Андрея, он замахал руками.
— А вон и Андрюха. Иди сюда — он первым порчу заметил, — сообщил он остальным.
— Известно, что случилось? — спросил Андрей, думая как бы выманить Алекса в сторону от посторонних ушей.
— Да пока нет. Образцы в лабораторию отправили. Когда еще результаты придут?
