Андрей идет за Алексом по узкому проулку. Они еще пьют что-то алкогольное прямо из горла. Это что, пластиковая бутылка? Что за пойло они пьют? У Алекса выпадает бутылка, но, не долетев до земли, она возвращается к нему в руку. Андрей тоже пробует так сделать, но бутылка не возвращается. Он пробует еще раз и еще с переменным успехом. Странно, если кидать бутылку вверх, то она возвращается, а если вниз, то нет. Надо об этом хорошенько обдумать.
Андрей идет как в туннеле — периферическое зрение отключилось. Видно только то, что происходит по центру. Очень медленно происходит. Они куда-то идут. Неоновая вывеска «Красная львица».
— Андрюха, пришли, — из темного угла периферического зрения выплывает Алекс. — Есть у меня тут две подруги — микросхемы просто загляденье, если ты понимаешь, о чем я, — он пытается подмигнуть левым глазом, — Алиса и Венера.
Они дома у Алекса. Их уже четверо. — Так вот кто рядом. — Сознание почти без сознания. Мысли короткие. На длинные. Не хватает. Внимания. Но спинной мозг работает исправно. Ритм держит хорошо…
— Интересно, — подумал Андрей, — все ли я вспомнил, или есть неприятные поступки, стертые из моей памяти? И где Алекс?
Словно услышав его мысли, дверь открылась, и щелкнул выключатель.
Свет. Яркий свет. Андрей зажмурил глаза.
— Проснулся? — услышал он голос Алекса, — а я тебе рассола принес для поднятия тонуса. Ну и накидались же мы вчера.
Андрей осторожно открыл глаза. Свет уже не казался таким ярким. Сев на кровати, он взял протянутую Алексом бутылку и сделал несколько живительных глотков. Голова немного прояснилась. Осмотревшись, он обнаружил рядом с собой спящую девушку. Еще одной из новинок, отсутствовавших в прежние визиты к Алексу, оказалась табличка с ярко красной надписью: «ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА. ПРОХОД (ПРОЕЗД) ЗАПРЕЩЕН (ЗАКРЫТ)». Заметив его взгляд, Алекс произнес:
— Кстати, а ты не помнишь, откуда мы этот трофей взяли? И зачем?
— Припоминаю — ты меня на слабо взял. А вот откуда открутили — не помню.
— Ну ты даешь — такое отчебучил. Ты не должен был вестись на мою провокацию.
— А ты не должен был ее устраивать.
— Ладно, мы оба неправы. Судя по надписи, нам сильно повезло, что нас не подстрелили. В следующий раз так не делай.
— Да, ты тоже. И как это нас так угораздило напиться. — Вдруг в голове сверкнула молния — девочка. — А сколько времени прошло?
— Сейчас утро четверга, так что меньше суток прошло — в пределе нормы.
— Мне пора, я пойду домой, — Андрей резко встал с кровати. От такой эквилибристики закружилась голова. Андрей покачнулся, но удержался на ногах.
— Тебе бы отдохнуть еще — ты почти на ногах не держишься.
— Нет-нет. Я пойду.
— Куда ты торопишься? Кого-то дома оставил? — усмехнулся Алекс.
— Кого? — удивленно спросил Андрей, тревожная мысль пронеслась в голове: «Неужели я вчера проболтался?»
— Тебе виднее. Но если надо — иди.
Андрей смотрел в запотевшее окно. Снаружи шел дождь. Высокие дома нависали над проезжающим поездом, навевая депрессию своей серой монотонностью. Они давили на маленького одинокого человека, занятого своими беспокойными мыслями:
— Что если я вчера все рассказал. И Алекс это услышал.
— Но Алекс никогда не подводил. Он никому не расскажет. Он не может.
— А вдруг может? Но я бы боялся другого.
— Алиса и Венера.
— Или случайный прохожий.
— Почему же так получилось. Я же всегда считал себя очень осторожным.
— Успокойся. Может быть ничего и не было. И никто не знает о девочке. Я обычно не болтливый. Как же узнать?
— Спросить? Нет, не вариант. Это только усилит подозрения.
— Посмотреть реакцию? Но это сработает только с Алексом, и то не факт. Реакцию Алисы и Венеры я не смогу расшифровать, а случайного прохожего не смогу найти.
— Случайный прохожий вообще неизвестная величина, но он и не сможет меня опознать.
— Только если это не какой-то мой знакомый. И даже если спросить у Алекса, то он сам может ничего не помнить — он был в таком же состоянии.
— Это тупик. Получается только один выход.
— Нет.
— Да. Нужно избавиться от девчонки. Другого варианта нет.
— Но куда ее деть? Просто выставить за дверь? Но когда ее найдут, то не только ее уничтожат, но и весь район на уши поднимут.
— Значит, придется вернуть ее в каналы. Боюсь это самый оптимальный выход. И для меня, и для нее.
Всю дорогу домой Андрей шел полный решимости вернуть девочку в каналы. Подойдя к двери, он прислушался к себе — решимость была на месте. Андрей сделал глубокий вдох и открыл дверь.
Тут же на него напрыгнула охотница. Она вцепилась в Андрея и не выпускала из своих крепких объятий. Андрею показалось, что он услышал мурлыканье. Решимость куда-то испарилась. Вот только что тут была. И больше ее нет. Андрей подумал, что он сто раз пожалеет, но оставит девочку у себя.
