Последняя буква Севера полностью

Джейк разворачивает меня, но не выпускает из своих рук, словно я в любой момент могу рухнуть. Я чувствую тепло его кожи даже сквозь футболку, и мне почему-то снова начинает не хватать воздуха.

– Привет, Рамирес, – говорит Элфорд, и я замечаю, что у него покраснела скула. – Ты как, порядок?

Кивнув, я провожу тыльной стороной ладони по своему влажному от пота лбу.

– Да. Я тут, знаешь ли, хотела пробраться поближе к сцене, чтобы бросить в тебя свой лифчик или трусы, даже подписала их, чтобы ты помнил, от кого это, а не как тогда в машине.

– Для такого тебе придется встать в очередь. – Подмигнув, он в мимолетном движении касается пальцем кончика моего носа, а затем скользит ладонью от моей талии к пояснице и подталкивает в сторону. – Иди за сцену, ладно?

Кивнув, я поднимаю голову, чтобы взглянуть на Оливера, который уже надевает ремень гитары на плечо, а затем яростно ударяет по струнам, выдавая одно из лучших соло, которые я когда-либо слышала. Толпа взрывается одобрительными возгласами.

Джейк запрыгивает на сцену, а я иду вдоль ограждения и верчу головой в поисках Бэйли, но ее нигде не видно, как и Констанс с Мейсоном.

За сценой срочное собрание учителей во главе с директором, они бурно обсуждают произошедшее, наверняка думая, как поступить с зачинщиками драки. Через пару минут подходят родители парней, и гул в кругу взрослых нарастает. До меня долетают отголоски фраз, а затем слышится отборная брань Долорес Элфорд, и Сэм тут же подталкивает ее в спину, прося отойти в сторону, чтобы успокоиться.

Я взмахиваю рукой Долли. Она идет мне навстречу на каблуках с такой легкостью, словно под ногами не трава, а паркетный пол.

– Как ты, милая? – спрашивает она, коротко обнимая меня.

– Спасибо, в порядке. – Я киваю на собрание. – Там все плохо?

– Если парни, с которыми завязалась драка, не станут писать заявление в полицию, то ограничится отстранением от учебы на пару дней. – Открыв клатч, Долли достает пачку сигарет, но тут же бросает ее обратно. Долорес Элфорд курит в очень редких случаях, когда сильно нервничает, но сейчас ее явно останавливает присутствие учителей. – Клянусь богом, Микки, если кто-то из этих ребят напишет заявление на моего сына, я буду лично разбираться с их матерями. И проблему буду решать точно так же, как и мой сын. На кулаках.

Возможно, другие родители осудили бы Долли за такое высказывание, но она прошла школу жизни в трейлер-парке, где люди часто решают проблемы кулаками. Да, это плохо, но многие просто не умеют и не понимают по-другому.

– Не думаю, что те парни пойдут в участок.

– Ты их знаешь?

– Одного из них, и не так чтобы близко. У него давний конфликт с ребятами.

Замечаю, что к нам идет мама Оливера, оставив мужа в компании учителей, Сэма и отца Ника. Миссис Хартли, сжав кулаки, быстро перебирает ногами, ее круглое лицо побагровело от злости.

– Поверить не могу, что они устроили драку прямо посреди выступления! – говорит она Долорес, а затем обнимает меня в приветствии. – Привет, дорогая.

– Все драки в этом возрасте из-за девушек, – отмахивается Долли.

– Было бы из-за кого. – Достав платок, миссис Хартли промакивает вспотевший лоб и шею. – Из-за этой девчонки одни проблемы. Почему она сбежала, вместо того чтобы стоять здесь и отвечать на вопросы? Я запрещу Оливеру видеться с ней.

– Сделаешь это и превратишься в его врага. Вспомни себя в его возрасте.

В зеленых глазах миссис Хартли отражается понимание. Она невысокого роста, поэтому при разговоре с Долорес смотрит на нее, задрав голову.

– Он все лето был сам не свой из-за нее, только начал приходить в себя, как эта пигалица снова замаячила на горизонте. Думаю, мне стоит поговорить с ее родителями.

Я отхожу в сторону и, достав телефон, пишу Бэйли.

Микки Рамирес:Ты в порядке?

Бэйли Шепард:Да, едем с Мейсоном домой. Прости, что бросила. Как там обстановка?

Микки Рамирес:Парни на сцене. Директор говорит, что, если твой брат с друзьями не будут писать заявление, то ребята отделаются отстранением на пару дней.

Бэйли Шепард:Ни Мейсон, ни его друзья не пойдут к копам. Поверь, мой брат меня любит и знает, что в таком случае моя жизнь в школе превратится в кромешный ад. Он этого не допустит.

Я с облегчением выдыхаю и возвращаюсь к мамам Оливера и Джейка, чтобы сообщить успокаивающую новость.

Когда парни заканчивают выступление и возвращаются, Ник не успевает сказать и слова, как отец хватает его за локоть и тащит в сторону.

– Стой, па, нам еще инструменты нужно забрать.

– Они тебе больше не понадобятся, – цедит сквозь сжатые зубы мистер Ровер. – Это была последняя капля, можешь забыть о музыке.