— Лиза? — раздалось ровное позади, и страх на секунду ударил в голову ¬— мне явственно почудился голос Ариса.
Но это, разумеется, был Велор. Он ещё не успел отойти и наверняка видел, как я, в попытке унять боль, лихорадочно терла ребра.
— О-о-х…
Коленки подогнулись, и я, завалившись ничком и чудом не разбив себе нос, я уперлась лбом в пол и зажмурилась.
— Лиза! — торопливые, гулко бьющие по барабанным перепонкам шаги, бубнеж Акитара, чьи-то руки бережно обхватывают меня за плечи. ¬— Элиза, что с тобой?
Кажется, я махнула рукой, с трудом отняв ее от распираемых изнутри ребер. Махнула, чтобы все уходили прочь, и оставили меня одну. Чтобы я могла вдохнуть спокойно и выпустить себя на волю, наконец.
Глотку в который раз обожгло, а звук вышел ну совсем нечеловеческий. Жалобный мявк.
— Эй-эй… ты что? — тормошил меня, пытаясь привести в чувства, судя по обилию мерцавших перед глазами темных пятен, именно Велор. — Посмотри на меня, Лиз! Посмотри!
Я честно пыталась поднять голову сфокусировать взгляд на его лице, но ещё секунда, и стены будто взметнулись ввысь, равно как и потолок. А сама я, будто уменьшившаяся в разы, с места сорвалась.
Зрение подвело, и все, что было вблизи, смазалось. Пропала былая яркость красок.
Даже не пытаясь проморгаться, я мягко оттолкнулась от пола и взмыла вверх, намереваясь в пару рывков пересечь гостиную и заскочить… бог мой, неужели прямиком на стол у окна?!
Мне казалось, я схожу с ума. Тело, вышедшее из-под контроля разума, теперь само решало, чего хочет. И оно отчаянно желало лишь одного — долгожданной свободы.
Окно с едва волнующимися занавесками было близко. Так близко, что ещё движение, ещё бросок, и я буду свободна! Но чьи-то крепкие руки и запах, чуть горьковатый, но так приятно щекочущий ноздри, крепко удерживали меня от победного рывка.
Раздался крик. Справа что-то звякнуло, блеснуло золотом, а затем хлесткая, короткая водяная волна ударила мне прямиком в лицо. Я даже глаза прикрыть не успела! Стало больно, но лишь на секунду, а затем меня словно швырнуло назад.
Я подавилась воздухом, приготовилась отплевываться и фыркать, но к своему удивлению оказалась все на том же месте у двери абсолютно сухая. Только рогатый страж почему-то стоял у окна в луже воды. В когтистой руке, которую он по обыкновению держал на рукояти палаша, был стиснут пустой кувшин.
Магически созданный морозный рисунок, такой же, как и на всех графинах и бутылях, предназначенных для охлаждения напитков, медленно таял.
— Лиззи, посмотри на меня! Посмотри! — все повторял и повторял Велор, одной рукой гладя меня по лицу, а другой придерживая под локоть и пытаясь поднять с пола.
Лёгкие шлепки по щекам постепенно приводили в чувство. Но не успела я отдышаться, как боль вновь скрутила внутренности.
Я закусила губу, замычав, и рот в мгновение наполнился солоноватой кровью.
— Лиззи… да что же это? Скорую! — воскликнул Велор, стоило перед глазами вновь начать опускаться бесцветной ширме. — Врача! Твою ж… — ругнулся он, вконец заплутав. — Лекаря! Быстрее!
— Я не имею права покинуть того, кому дал обет, — взволнованно пробасил Акитар, в знак незыблемости намерений звучно треснув кувшином о стол. — Бегите вы, сиур! Из дверей сразу налево, затем прямо до упора, свернуть на лестницу…
— Пока мы тут судимся, рядимся… — прорычал Дракула. — Какова природа вашей стихии? — накинулся он на рогача.
Судя по звону обмундирования, Акитар подошел ближе.
— Земля.
— Слишком грубая, — разочарованно цокнул Велор. — Но если попытаться…
Он разжал руки, аккуратно отпустив меня на пол. Яркая вспышка перед глазами, хоть веки и были плотно закрыты, и я отключилась, чтобы вновь ощутить, как расширяется пространство. Как запахи становятся острее, а желание бежать навстречу солнцу заставляет сердце стучать в бешеном ритме.
— Во имя Ворта! — воскликнул страж, а я, кажется, пришла в себя и снова оказалась тесно прижата к Велоровой груди. — Я не стану тушить пламя сиуры, пусть оно хоть в сотню химер обратится! Я же могу на корню его уничтожить!
— Тогда ведите лекаря! — голос Велора гудел прямо в его грудной клетке, как в барабане, и стоило Акитару воспротивиться, он сорвался на рык. — Любое промедление может стоить Лизе жизни! Ее начало отслоится и покинет тело! Идите, черт бы вас побрал! Если хотите спасти свою сиуру, со всех ног бегите! В противном же случае, я позабочусь о том, чтобы кронпринц узнал, по чьей вине его лекарь отправился за Пелену! Элиза, не теряйся, — в мгновение изменился тон его голоса, спрыгнув с гневных нот на требовательные, но куда более мягкие, и шлепки по щекам возобновились. — Смотри на меня. Держись!
Страж гневно рявкнул что-то в ответ на грубом, бряцающем, как железяки, языке, но звякнул латами и бросился из комнаты прочь. Хлобыстнул дверью с такой силой, что та, ударившись о косяк, с обиженным скрипом медленно отворилась.
— Лиза, продержись еще немного! — увещевал Велор. — Совсем чуть-чуть…
