Прошлым вечером они ходили на открытие выставки в небольшой галерее на Двадцать пятой улице. Художника Эрика Фьюри Джексон открыл для себя несколько лет назад и представил своим друзьям, коллекционерам живописи. Как только они вошли в галерею, их сразу окружили люди. Было ясно, что дело не только в том, что Джексона многие знают, айв том, что людям хочется оказаться в кругу его могущества и обаяния. Эмбер вела себя осторожно – не брала его под руку, не прижималась к нему.
Как только Джексона заметил Эрик Фьюри, он поспешил подойти и пожать ему руку.
– Джексон! Как я рад тебя видеть! – Он обвел рукой зал, где было полным-полно народа. – Здорово, правда?
– Великолепно, Эрик, и ты этого целиком и полностью заслуживаешь, – улыбнулся Джексон.
– Это все твоя заслуга. Никогда не смогу отблагодарить тебя, как полагается.
– Чепуха. Я просто познакомил тебя кое с кем. А твои картины сами за себя говорят. Не будь у тебя таланта, тебя бы тут не было.
Фьюри перевел взгляд на Эмбер.
– А вы, видимо, Дафна.
– На самом деле это моя ассистентка, Эмбер Паттерсон. К сожалению, моя жена приехать не смогла, но она любит твои работы не меньше меня.
Эмбер протянула руку художнику.
– Рада знакомству с вами, мистер Фьюри. Я недавно прочла о том, что вы стали отказываться от холста и больше рисуете на дереве, которое собираете в сломанных домах.
Джексон бросил на нее изумленный взгляд, а Фьюри сказал:
– Вы совершенно правы, мисс Паттерсон. Это что-то вроде манифеста: что мы теряем, когда позволяем рушить исторические постройки.
Внезапно рядом с ними возник человек с фотоаппаратом.
– Приветствую, мистер Фьюри. Как насчет снимка для завтрашней газеты?
Эрик улыбнулся и встал рядом с Джексоном, а Эмбер поспешно отошла в сторону Меньше всего ей была нужна еще одна ее фотография в газете.
– Ладно, парень. Возвращайся к своим фанатам и продай пару картин, – сказал Джексон, когда фотограф сделал свое дело.
Художник удалился, а Джексон подошел к Эмбер, восхищенно разглядывавшей одну из картин.
– Вот не думал, что ты что-то знаешь об Эрике Фьюри, – сказал он.
– Я и не знала. Но когда ты сказал, что хочешь пойти на эту выставку, я о нем кое-что прочла. Я всегда предпочитаю со всем знакомиться заранее. Тогда знакомство получается более полноценным.
– Впечатляюще, – одобрительно кивнул Джексон.
Эмбер улыбнулась.
– Ты очень тактично себя повела, отказавшись фотографироваться. Надеюсь, это тебя не оскорбило? – спросил Джексон.
Вот смешно. Он решил, что она его оберегает.
– Вовсе нет. Ты же знаешь: я всегда готова тебя прикрыть. – Она снова улыбнулась и встала чуть ближе к нему. – Со всех сторон.
– Думаю, пора уходить, – прошептал Джексон.
– Ты здесь босс. Как скажешь.
Они пошли по залу, чтобы со всеми попрощаться. Эмбер ощутила, что это такое – быть женой Джексона Пэрриша, находиться вместе с ним в центре вселенной. Это было потрясающе. Ей нужно было только дождаться своего часа.
Они взяли такси, добрались до дома, а когда вошли в кабину, прямо там начали раздевать друг друга. Любовью они занялись на полу в гостиной. Это Эмбер особенно обожала – она позаботилась о том, чтобы секс у них происходил во всех помещениях квартиры – даже в спальнях обеих девочек.
В гостиной этого еще не случалось, но Эмбер хотелось, чтобы ее запах оставался повсюду. Она как бы метила квартиру – совсем как уличная кошка.
Она услышала шум воды в душе и лениво повернулась на бок, чтобы посмотреть на часы на тумбочке. Половина восьмого! Джексон вышел из ванной с полотенцем, повязанным на бедрах. На его обнаженной груди сверкали капельки воды. Он сел на край кровати и взъерошил волосы Эмбер.
– Доброе утро, сплюшка.
– Я даже не слышала будильник. Сейчас встану.
– Ты такое шоу вчера устроила. Не удивительно, что ты проспала.
Он наклонился и одарил ее долгим, чувственным поцелуем.
– О-о-о… – простонала она. – Иди ко мне…
Джексон провел пальцами по ее животу.
– Ничего бы не желал больше, но ты не забыла? В десять у меня встреча с представителями «Harding & Harding».
– Ой, точно. Прости, что я тебя так задержала.
– За это никогда не проси прощения.
Джексон встал, бросил на пол полотенце и стал одеваться. Эмбер прижалась щекой к подушке и стала любоваться тренированным, мускулистым телом Джексона – телом, которое она так хорошо знала. Он заканчивал одеваться, когда она медленно встала с постели.
– Я пошел, – сказал Джексон, притянув Эмбер к себе. – Поцелуй меня и поспеши. Нам нужно подготовиться к этой встрече.
Эмбер торопливо налила себе стакан сока и отправилась под душ. Она надела красный костюм от Оскара де ла Рента, подаренный ей Джексоном, и вышла из квартиры около восьми. В восемь сорок пять она приехала на работу и сразу направилась в кабинет Джексона. Ей приятно было ловить на себе его взгляд, оценивающий облегающий пиджак и короткую юбку.
