— А вот и нет! Скрещивание растений есть не что иное, как генетическая манипуляция. Капуста, которую мы едим, — результат длительных и последовательных скрещиваний! В природе изначально такой не было. Но методом проб и ошибок древние агрономы и их потомки создали те сорта и виды, которые мы с удовольствием покупаем в супермаркетах, готовим из них супы, салаты и даже десерты.
— Пусть так, но к чему вы затеяли эксперимент с нами? Проверяли на нас свое последнее достижение?
Профессор Хамманс улыбнулся.
— Я всего лишь собирался показать вам, что биотехнологии применяются уже тысячи лет и не несут никакого зла человечеству. Специалисты давно уже научились скрещивать разновидности растений для получения новых видов. Впрочем, — он поднял указательный палец, — интересно отметить, что и сама природа практикует биотехнологии. И даже клонирование! Клубничные кусты, например, выбрасывают побеги, которые потом превращаются в кусты, являющиеся, по сути, клонами оригинала. Семена картофеля, используемые для его посадки, представляют собой, скорее, клоны картофеля, с которого были срезаны. Когда мы высаживаем в почву листок какого-нибудь растения, то проросшее будет фактически клоном оригинала.
— Вот как?!..
— Самое существенное для нас — это понять, как происходит скрещивание. Если мы соединяем длинное растение с коротким, какой вариант появится в результате опыта?
— Ну, это легко! Получится среднее, конечно, — радостно сказал Гроссман.
— Именно так и полагали долгое время. Пока не появился Мендель. Наверное, вы уже слышали о нем и о его опытах с горохом. Так вот у него в результате подобного эксперимента все новые растения оказались длинными! Мендель сильно удивился, и в продолжение скрестил зеленый стручок с желтым. Все новые стручки были зелеными, из чего Мендель пришел к выводу, что бывают характеристики доминантные и рецессивные. То есть длинные растения или зеленые стручки были доминантными, а прочие — рецессивными, пропадающими при новом скрещивании. Это как умение сворачивать язык в трубочку. Кто сможет сделать, как я? — и он безо всякого смущения показал свернутый трубочкой язык.
Гроссман, беспокоясь об авторитете силовых структур Израиля, не стал заниматься подобными глупостями, а Валентина и Томаш поучаствовали в эксперименте. Причем для Валентины он закончился негативно.
— Не получается! — пожаловалась она. — А как вы это делаете?
— Представьте себе — это врожденная способность, — объяснил профессор Хамманс. — Но если вы, — кивнул он головой итальянке, — забеременеете от этого кавалера, — тут он показал на португальца, — то все ваши детишки сумеют сделать этот нехитрый фокус-покус. Получается, что умение сворачивать язык в трубочку — доминантная характеристика.
Томаш и Валентина обменялись несколько сконфуженными взглядами.
— То же самое происходит и с цветом глаз. Карие — доминантные, голубые — рецессивные. Цветное видение — доминантное, бесцветное — рецессивное, — экспериментатор провел рукой по своей бородке. — Сделав это открытие, Мендель не стал останавливаться на достигнутом. Он решил скрестить между собой длинные (они же высокие) растения. Как вы думаете, что получилось?
Итальянка, старавшаяся преодолеть смущение после последних словесных опытов профессора из Франкфурта, откликнулась, не раздумывая.
— Высокие — доминантные, правда? Тогда новые тоже.
— Но не все, четверть растений оказались короткими. Выходит, в первом поколении высокие доминируют, а короткие полностью сходят на нет, но во втором они возвращаются. Мендель сделал вывод, что в растениях есть некий элемент, определяющий их размер, —
— Ген — от
Сморщенное лицо профессора Хамманса с выступающими скулами и треугольной седоватой бородкой озарила улыбка.
— И от
Какое-то время Сикариус провел за дистанционным изучением комплекса. Видел, как кортеж проехал ворота и остановился у поста охраны. Ближе подходить он не осмеливался: вдруг кто-нибудь из полицейских заметил мотоциклиста, столько времени следовавшего за ними из Иерусалима? Лучше пока не высовываться, а прежде всего надо бы пристроить куда-то мотоцикл.
Сикариус съехал с дороги на обочину и под сенью оливкового дерева снял каску, чтобы спрятать ее в багажник. Решив проблему парковки, вернулся на трассу и пошел в сторону ворот.
Дойдя до них, заглянул через решетку внутрь комплекса. Рядом с постом охраны виднелись три мотоцикла и два автомобиля полиции, а также шесть человек. Трое были в форме полиции, еще трое в штатском, но той же «породы».
— Шеф — молоток! Настоящий гений! — прошептал он, восхищаясь, как умело охрана была отсечена от следователей, что значительно упрощало его, Сикариуса, задачу.
— Что вам здесь нужно?
Вопрос застал наблюдателя врасплох. Он посмотрел в сторону, откуда прозвучал голос, и сам себе удивился: «Как же можно было не заметить охранника комплекса? Совсем бдительность потерял! Собраться! Быстро!»
