Новая команда — торпедам номер один, три и пять изменить целеуказание. Первой — целиться третью, третьей — в пятую, пятой — в первую. Выполнить… сейчас! Палец дотронулся до сенсорной кнопки, команда ушла… И ровно в этот момент «Дафна» начала стрелять. Характерные инфракрасные вспышки по бортам — хладагент испаряется с призм. Оранжевая вспышка по правому борту — стартовал «Рой», но всего одна ракета. По торпеде номер шесть. Значит лазеры — по второй и четвертой. А еще три торпеды летят мимо — значит, не стоят траты времени и боекомплекта. Ну или как минимум приоритет у них низкий. Умный борткомпьютер хорошо просчитывает риски и экономит боезапас. Только вот торпеды столкнуться прямо перед носом яхты, по космическим меркам — в упор. Боевой части в «Уравнителях» нет, но сила удара страшная, обломков будет море. И все они полетят конусом в сторону яхты. Конечно, поражающая способность у них так себе. Но у «Дафны» восьмой и девятой серии на носу обзорная палуба. Практически весь нос прозрачный. И куда менее прочный, чем металл обшивки.
— Это что сейчас было? — воскликнула Юми.
— Дистанционное отключение логики, — улыбнулся Вольфрам. — Шульцу явно помогает борткомпьютер. А электронный мозг просто не станет предполагать такую… своеобразную возможность.
— «Бердовую» ты хотел сказать? — фыркнула Юми. — Мой натуральный мозг тоже в шоке…
— А теперь включи спектрометр и нацель на нос яхты.
— Я уже… — девушка вгляделась в экран. — Хм, азот… кислород! И много. Взрывная разгерметизация обзорной палубы!
— Стукнули по носу.
— А толку? Эта обзорная палуба в бою вообще не нужна.
— Но сигнализация кричит и мигает. А пилот… мягко говоря не профи, — Вольфрам потянулся нижними руками и сложил их на животе. — И сейчас он сделает свой ход.
— И какой?
— Попытается отплатить нам той же монетой. Как только снова включит двигатели…
— Уже включил! — заметила Юми.
— Отлично. Разворачиваемся и летим вперед, точно по его вектору скорости. Но позволяем нас потихоньку догонять…
Вольфрам спокойно сделал бы всё сам. Но девушку нужно чем-то занять, иначе нервничает.
У яхты нет ничего дальнобойного. Даже торпеды — так себе. Характеристики известны, дальность стрельбы рассчитана. А еще этот «Рой» твердотопливный. Ускорение хорошее, но запуск двигателя только один. Наведение инерциальное с коррекцией по радиоканалу, на финальном участке — пассивное инфракрасное. Но двигатель к этому времени почти до конца догорает. Корабль — довольно большая и горячая цель, не промажешь. Значит, уклоняться надо… заранее. Звучит чуть-чуть нелогично. Но именно это Вольфрам и собирался сделать.
Телескоп назад, все камеры назад, инфракрасный диапазон… Дистанция на пределе, но доступная для «Роя». А вот и пуск. Сразу несколько инфракрасных вспышек сбоку от яхты — твердотопливные двигатели коптят нещадно. Сейчас торпеды разойдутся веером, и можно будет их сосчитать. Две, три, пять…
— Восемь! — закричала Юми. — Залп восемь торпед. Нам хана.
Сейчас она запаникует и всё испортит — пульт ей не заблокируешь, «капитанский допуск» крыть нечем. Пришла запоздалая мысль, что стоило бы объяснить план заранее — вот что значит отвык работать с людьми как с партнёрами. Пришлось вспоминать еще один навык из прошлой жизни — командирский голос.
— По моей команде, — сказал Вольфрам. — Но не раньше! Тягу до 6G, строго прямо. Остаёмся на линии прямо перед ним. Приготовились… начали!
Юми послушно дала по газам. А Вольфрам нарочито эффектным жестом — не смог сдержаться — щелкнул по панели. И переключил радар в режим глушилки. «Кицунэ» практически ослепла — телескоп с лазерным дальномером успевал контролировать либо яхту, либо какую-то одну из торпед. Конечно, их выхлоп видно по камерам, но без информации о дальности огневое решение не рассчитаешь. Это с одной стороны.
С другой — противник тоже ослеп. Вместо четкой отметки цели он видит яркую полосу через весь экран радара. Хитрая лисичка где-то здесь, в диапазоне от «в упор» до соседней солнечной системы. Но не понятно где именно. Торпеды летят туда, где видели цель в последний раз. Борткомпьютер и рад бы им подсказать, но без достоверной информации — не может.
На самом деле этот приём можно было нейтрализовать легко и изящно — резким боковым манёвром. Расстояние до источника помехи не определить, а вот направление — запросто. И если резко уйти в сторону, направление на помеху изменится, и можно будет попытаться триангулировать цель, а там уже на финальном участке «Рой» самонаведется куда-нибудь. Именно поэтому Вольфрам приказал держаться строго перед яхтой — есть надежда, что Шульц до этого не додумается, и самим давать врагу информацию тоже не стоит. Борткомпьютер зацепится даже за минимальное отклонение.
— Юми, как только я верну радар в режим обзора, скидываем ложные цели. И начинаем танцевать на полной тяге.
— В нас летит восемь торпед.
— Не в нас, — улыбнулся Вольфрам. — Туда, где мы были. Но возможны сюрпризы.
— Поняла. Может тогда разворот под сброс тяги?
— Ты думаешь?
— Ну мы же явно сейчас в атаку пойдём, — усмехнулась девушка. — Я уже знаю твой стиль.
