— Хорошо, давай разворот под сброс, — согласился Вольфрам. — Но сперва еще кое что сбросим…
И отцепил еще две торпеды. Номер семь и восемь. Просто сбросил в невесомость. «Кицунэ» шла с ускорением, и торпеды мгновенно провалились за корму. Противник их не увидит — на фоне помех, выхлопа от двигателей, ложных целей и прочего упустить еще две отметки довольно легко. Хотя помеху уже пора выключать.
— Приготовились… манёвр!
Юми дала по тормозам. Точнее — выключила двигатели. «Кицунэ» провалилась в невесомость, и тут же начала разворачиваться вокруг своей оси, носом к противнику. Ложные цели полетели во все стороны. Одновременно Вольфрам отключил глушилку. Антенны вернулись в режим обзора. Сразу показался «Рой». Пять маленьких злых торпед летели куда-то не туда. Телескоп засек вспышки — система неведения решила, что цель поразить невозможно и запустила самоликвидаторы. Разумно. Еще три торпеды… вот они!
Последние три шли прямо на «Кицунэ». Юми дала по газам на все деньги, до скрипа корпуса и черных кругов перед глазами, и швырнула корабль в сторону. Вольфрам рассинхронизировал орудия, повернул стволы в разные стороны. Целей три, пушек две. Какие выбрать? Ладно, вот эти. Огонь! Непрерывными очередями, на пределе скорострельности. Осколочные снаряды рвались в опасной близости от собственного корабля. Но это не страшно, это можно и потерпеть. Первая цель — попадание! Вторая — промах, еще промах… да она же мимо летит! Или сбой наведения, или на ложную цель пошла. Тогда зачем на неё снаряды тратить?
Вольфрам развернул орудия на третью, последнюю торпеду. И понял, что не успевает.
Торпеда стремительно нагоняла «Кицунэ». У одного орудия — слепая зона, второе не успевает развернуться. Вольфрам за пару секунд перебрал в уме десяток вариантов. Вредно так разгонять мозг, но приходится. Решение виделось только одно — ловить торпеду бортом. Лучше орудийным спонсоном — он прикроет основные отсеки, возьмет удар на себя. Осколочная боевая часть — это не прилёт «кинетики». Десяток мелких пробоин выдержать можно, к тому же «Кицунэ», как и все грузовики — большая и пустая. Её может насквозь прошить и не задеть ничего важного. Решено! Одно орудие из двух — не велика потеря. Приемлемо.
Вольфрам провел пальцами по сенсорной панели, разворачивая корабль… и понял, что лисичка решила показать свой норов. Корабль не слушался!
«Левый пульт — управление заблокировано»- подсказал борткомпьютер. — «Капитан у руля!».
Юми, чтоб её, перехватила управление! И непонятно что она там наманеврирует — при такой перегрузке ей даже пальцами шевелить тяжело. До удара торпеды осталось полсекунды с какими-то сотыми… четыре десятых… три десятых. Для Вольфрама время текло очень медленно. Но манёвр застал врасплох даже его. Юми… дала полную тягу на все три двигателя и слегка довернула корабль. Точнехонько кормой к торпеде. Движками. Выхлопом. Тремя струями плазмы и довольно сильным магнитным полем.
Торпеда, ярко блестя стеклянной полусферой оптического сенсора на носу, влетела в струю под небольшим углом, выскочила из неё с другой стороны, заложила вираж и ударила борт «Кицунэ». После чего закувыркалась и провалилась назад. И через пару секунд взорвалась далеко за кормой.
Тут Юми убрала тягу до терпимых 2G и, похоже, вернула управление левому пульту.
— Это был неоправданный риск, — сказал Вольфрам.
— Это был красивый ход, — тяжело вздохнула Юми. — Ну красивый же?
— Выхлопом сжечь торпеде матрицу оптики?
— И половину мозгов, они там рядом, — улыбнулась девушка.
— Неконтактный взрыватель мог быть отдельной системой… — начал Вольфрам.
— Да ну ты брось, — фыркнула Юми. — Привык к военным железякам, по которым хоть кувалдой бей. А это — гражданская самооборонная модель с «продвинутыми характеристиками».
Девушка изобразила пальцами «воздушные кавычки».
— Всё равно риск был большой, — проворчал Вольфрам. — Если бы повредило двигатели, ремонт съел бы всю награду за голову Шульца.
— Кстати о награде, — Юми указала на экран. — Разворачивается, гад!
Яхта Шульца всё это время разгонялась прямо, курсом на подъем орбиты. А «Кицунэ» сперва улетела вперед, потом разгонялась в обратном направлении, и затем крутилась как дурная, уходя от торпед. В итоге расстояние между кораблями сократилось. И, похоже, Шульцу это не понравилось — яхта резко отвернула в сторону.
— Автопилотом рулит, — усмехнулась Юми. — «Зенит» нажал.
«Зенит» — это в сторону от планеты, вертикально вверх. Тоже, в принципе, подходит, если хочешь быстрее прыгнуть.
— Нужно догонять, — сказал Вольфрам.
— Сделаю. Он больше пяти G не может, на семерке быстро догоним…
— Цель — артиллерийский бой. У него три торпеды, у нас — четыре. Так что прорвёмся.
— У тебя еще две вон дрейфуют, — напомнила Юми.
— Сейчас они пойдут в атаку вместе с нами. Выводи нас на дистанцию огня, но не в догон, а бортом к борту. Мне нужна наибольшая проекция цели.
