Юми смерила его злобным взглядом и фыркнула. А потом схватила за руку и потащила куда-то в сторону от терминала. Как оказалось, к местному метро, потом по бесконечным лестницам и переходам, в длинный коридор с одинаковыми дверями. Напоминало подъезд многоквартирного дома, только уж очень длинный. Виктор ни разу не встречал больше шести квартир на этаже, а тут их, наверное, полсотни. С каждой стороны. Хотя, окон же нет, значит с планировкой попроще…
Оказалось, нифига не попроще. Квартира Юми напоминала обувную коробку. Идеально прямоугольный, стандартизованный модуль, примерно четыре на пять метров. По одной стене шкаф, кухонная зона и микроскопический душ, он же сортир. Откидная кровать, низкий потолок и инопланетный пейзаж во всю торцевую стену. Даже не проекция и не голограмма, просто краска. Больше всего было похоже на «холостяцкую» общагу в армии — Виктор жил в казарме, но пару раз заходить приходилось. И там хоть окна были.
Юми, похоже, жила одна. От родителей съехала, но незамужней большой квартиры не полагалось, а доплачивать за «сверх нормы» — денег не напасёшься. Чертовы космические станции экономят на всём. Да и вообще, на борту «Кицунэ» в разы просторнее. Смысл этой квартирки тогда?
Размышления прервала Юми. Захлопнула дверь, развернулась и уставилась на Виктора злобным взглядом.
— Говори уже, — сказал он.
— Даже за задницу хватать не будешь? — усмехнулась девушка.
— Могу. Но я так и так буду сволочь и гад…
— Да ты! — Юми схватила его за воротник куртки. — Да я… Да ты знаешь как я напугалась вообще! Ты пропал на месяц! А потом мне… потом…
У неё наворачивались слёзы.
— Успокойся и скажи нормально, — Виктор осторожно приобнял девушку за плечи… и тут же получил удар кулаками в грудь.
— Приехал курьер, — всхлипнула Юми. — Спецсвязь, охрана с автоматами, все дела. И привез мне… амнистию! Амнистию, понимаешь! Я что, преступница теперь? Всё из за тебя! Ты меня в это втянул!
И продолжала долбить Виктора кулаками по груди. Он чуть выждал, а потом притянул девушку поближе, чтобы не могла размахнуться, и спокойно процитировал:
— «…за возможные преступления в сфере оборота оружия, и чем-то там еще… совершенные в период…»
— Ты всё знал? — удивилась Юми.
— Со мной согласовали текст. И этот, и вообще всё, что совали тебе на подпись.
— А… смысл? — Юми чуть отодвинулась назад и удивленно посмотрела на Виктора.
— Амнистии-то? — Виктор отцепил от себя девушку, стряхнул с плеча рюкзак и закинул в угол. — Ну вот смотри. Захочет какой-нибудь позор журналистики накопать материала на дутую сенсацию. И подаст в суд, с просьбой дать правовую оценку действиям одной симпатичной художницы, а по совместительству капитана и судовладельца, в период от и до. И сразу жалобу в надзорные органы, чтоб все забегали.
— И что мне будет? — захлопала глазами Юми.
— Да ничего. Там «самооборона», «крайняя необходимость» и вообще «это вопрос национальной безопасности, какого черта гражданский суд туда лезет?». Но суд обязан на обращение отреагировать. Хотя бы выдать мотивированный отказ. И придётся опять поднимать все материалы, и «в связи с вновь открывшимися обстоятельствами» заново рассматривать. Это никому не надо.
— Особенно мне, — фыркнула девушка.
— Особенно всяким конторам, которые не хочу поминать всуе, — усмехнулся Виктор. — Поэтому твою симпатичную попку прикрыли бумажкой с печатями правительства Федерации. И теперь никто никогда ничего не будет заново рассматривать. Даже вспоминать лишний раз не будут. Полное забвение и «отказ в рассмотрении».
— Ты думаешь?
— Я знаю.
— Ладно, — вздохнула Юми. — Проходи, садись. Сейчас хоть кофе сделаю. Будешь то, растворимое?..
— «Гадость»? — спросил Виктор. — Ни в коем случае. У меня в рюкзаке есть кое-что получше. Называю его «Нектар богов».
— Ой, ну прям… — фыркнула Юми. — Пафос зашкаливает.
— А ты попробуй! — ответил Виктор и наклонился за рюкзаком.
— Ну, если эта растворяшка хоть вполовину так хороша, то давай, — улыбнулась девушка. — оправдает ожидания — сможешь… ну, например, схватить меня за задницу.
— А если превзойдёт?
— Нуу… — Юми ну просто очень выразительно закатила глаза.
Виктор достал из рюкзака банку, встряхнул — почти полная, даже сам распробовать толком не успел. Окинул взглядом кухонный уголок — ну конечно же, все как на корабле. Значит кипяток — вон там. Достал пару чашек и стал заваривать кофе.
Юми присела на откидную кровать и ёрзала на месте — явно уловила аромат. «Нектар богов» оправдывал свое название. Почему-то вспомнился Вольфрам — уж кто ненавидел растворимый кофе, так это он. Интересно, что бы он сказал?
— Кстати, — спросил Виктор не оборачиваясь. — Расскажи пока, куда ты дела нашего лысого друга.
