Перечитал раза три — всё-таки это не обычный обмен однострочными репликами в мессенджере, длинные письма еще писать уметь надо. И нажал «отправить».
За следующие три дня Виктор отмыл всю квартиру, перестирал всё что стиралось и выспался на полную катушку. Даже купил хорошего кофе — опять растворимого, но в этот раз поприличнее, за банку просили бешеные деньги. Заварил, осторожно попробовал… и понял, что этому сорту нужно название. Предыдущий был «гадостью» и никак иначе, тогда этот… Виктор снова отпил из кружки и торжественно изрёк в пространство:
— «Нектар богов». Не меньше.
Если подпереть телефон будильником, можно смотреть на нём новости как в телевизоре. Гнали политоту местного значения пополам со светской хроникой. И то, и другое у Виктора проходило под заголовком «да блин, кто эти люди вообще?». Решил пройтись по подпискам, вдруг там Юми чего нарисовала. Но первой в ленте высветилась… Дженнифер. Виктор недовольно поморщился. Однако этот позор журналистики надо бы держать под наблюдением еще некоторое время.
Репортаж назывался «Шок!!! Консорциум и нелюди — невероятные тайны исчезнувших цивилизаций! Власти скрывали это от вас! Знаменитый ученый раскрывает тайны!»
— Дженнифер, прости что не верил в тебя, — пробормотал Виктор. — Прости, что плохо думал о твоих способностях и преуменьшал твой талант… Всё-таки тебе нет равных… в пробитии днища. Неужели до конспирологии докатилась, позорище?
На заставке, естественно, была сама Дженнифер. Опять серьги огромными кольцами, черный лифчик под полупрозрачную белую блузку и… кобура. Хотя и пустая.
«Хоть бы сбрую сняла, позорище!» — мрачно подумал Виктор. — «С уважаемым человеком разговариваешь. Наверное».
Худо-бедно перемотал на то место, где журналистка представляла собеседника. Итак, профессор Морозов, доктор исторических наук, «крупнейший специалист Союза про Консорциуму и нелюдям». В годах, седой, борода идеально подстрижена, очков нет. Холодные, цепкие, проницательные глаза. Костюм с иголочки, явно за бешеные деньги.
Возможно, действительно серьезный ученый — Союз своим умникам очень хорошо платит.
Виктор перемотал видео примерно в середину, как раз не реплику профессора.
— … были уникальным, непонятным, закрытым сообществом, — вещал Морозов. — Мы ведь почти ничего о них не знаем…
— У них было по четыре руки, — встряла Дженнифер.
— Позвольте я закончу мысль, — поморщился профессор и погрозил журналистке пальцем.
Что-то в этом жесте Виктору не понравилось. Явное желание удавить Дженнифер — не в счет, там уже в очередь записываться нужно.
— Итак, на чем я остановился? — продолжил Морозов. — Уникальное, непонятное, закрытое сообщество. Но правда в том, что и Консорциум был таким же. Что мы о нём знаем?
Тут Дженнифер хватило ума понять, что вопрос риторический.
— Одна из первых колоний человечества, по стечению обстоятельств оказавшаяся в системе, некогда освоенной… нелюдьми. В колонии сформировалось уникальное общество. Но что было результатом естественной эволюции общества, а что — влиянием их находок? Экипаж первых колонизационных транспортов формировался в основном из людей, живших в однотипной общественной формации — светской, постиндустриальной, либерально-демократической. Но когда я изучал Консорциум — а я, как вы знаете, защитил по нему докторскую диссертацию — то столкнулся с многочисленными свидетельствами догматизма и почти религиозной одержимости.
«Не грузи её умными словами» — мысленно усмехнулся Виктор и взял телефон в руки, чтобы удобнее смотреть.
— Маяки? — спросила Дженнифер.
— Это вершина айсберга, — ответил Морозов. — Это то, что мы знаем, в чем уверены, что не подвергаем сомнению. Что написано в учебниках. Но что мы не знаем?
Он сплел пальцы и посмотрел на собеседницу. Виктор остановил кадр и увеличил на экране руки профессора. Точно! Этот старый хрен — в перчатках. Добротных белых перчатках, без швов, явно из какой-то синтетики. На интервью. Зачем?
Виктор перемотал чуть вперед.
