Какой же я дурак! Оставил в одиночестве свободную от производственных тягот женщину, помчался в Москву, хотя мог бы сделать это и в будни Пантелеймонов предоставил персональному сыщику полную свободу действий. Без ограничения по времени и по затраченным средствам. А я, придурок, полетел к Волину в выходной день. Небось, тоскует бедная девочка, невидяще глядя на экран включенного телевизора, изобретает разного рода ужасы, один из которых - мое бегство из её об"ятий в жирные об"ятия заведующей лаборатории.
Оказывается, Светка вовсе не горевала - "висела" на телефоне, обзванивая многочисленных подружек и друзей. Наряду с деловыми темами полученный Росбетоном низкопробный цемент, недоразумения с предварительным натяжением арматуры, трудности с выпуском заказанных префектурой тонкостенных конструкций - широко использовались сведения о нарядах, макияже и прочих дамских причиндалах.
Услышав стук двери, Светка торопливо положила трубку и выбежала в переднюю. Мурлыкала кошкой, ласкалась, прижималась, то-есть, всячески изображала радость по поводу моего появления.
- Что нового в нашем "монастыре"? - осведомился я, снимая дождевик. Никого больше не убили? О, черт, совсем позабыл - воскресенье.
- Представь себе - работали. Пантелеймонов просто взбесился - выжимает все соки...
Работа по субботам и воскресеньям - давно забытая практика проклятого прошлого, но, видимо, прорехи в росбетоновской кассе подтолкнули руководство к возрождению старых методов.
- Значит, все тихо и мирно?
- А я откуда знаю? - ещё крепче прижалась женщина, обхватив мою шею. Только и забот слушать разные пересуды да сплетни... Твоя Соломина снова отличилась - прихватила начальника растворо-бетонного узла и подставила под Пантелеймонова. Все думали - инфаркт обеспечен, а он переморгался, отошел... - и тут же без перерыва. - Если голоден, приготовь что-нибудь вкусненькое. Лично я готова тебя с"есть с косточками и с хрящиками.
Способности любовницы мне давно известны. И в части голода физического, и в части - сексуального. Поэтому поспешил на кухню удовлетворить хотя бы первый. Благо, накрученный позавчера фарш использован ещё не весь - на пяток котлет осталось.
Пока я крутился возле газовой плиты, Светка из-под моих рук таскала полусырые котлеты и с аппетитом уничтожала их без гарнира. Мне досталась половина одной, которую я и поспешил сжевать, намазав остатками горчицы.
Умиротворенная, сытая любовница, как обычно, потребовала совместного отдыха в постели. Я не стал отказываться, ссылаться на усталость и плохое самочувствие, знал - под воздействием светкиных ласк даже мертвец возродится к жизни. Так и получилось - возродился... Утром, когда я под ручку с главным технологом Росбетона появился возле в"ездных ворот предприятия, воротный страж уже поджидал своего непосредственного начальника.
- Сергеич, тебя ищет Пантелеймонов, - с понимающей ухмылкой оглядев Светлану, об"явил он. - Велено без промедления двигать в его кабинет. Кажись, ожидает тебя детское наказание - заранее спущай штаны.
Все понятно - нужно птицей лететь на зов генерального, неся в клюве ожидаемую им порцию информации, которой у меня не было. Ибо сообщать Вацлаву Егоровичу о посещении офиса Волина - все равно, что показывать быку красную тряпку.
Предчувствуя очередную разборку, подружка бросила меня на с"едение и подалась в лабораторию к так нелюбимой ею Соломиной. Вечером пожалеет, залечит раны, нанесенные безжалостным генеральным, а сейчас лучше держаться от него подальше. Когда Вацлав Егорович входит в азарт, достается всем окружающим, не взирая на причастность и степень вины.
В вестибюле дежурил Феофанов. Как обычно, жевал - челюсти сторожа находились в непрерывном движении, перемалывая пищу, даже когда пищи не было.
- Сергеич, мать твою в колючку, беги к Пантелеймонычу, подставляй задницу. Пять раз звонил, антиресовался, где ентот прохиндей...
Наверно, случилось нечто особенное: что-то ночью сгорело или ворюги уволокли через пролом в заборе десяток железобетонных панелей. Обычное желание пообщаться с завербованным сыщиком не может вызвать такую реакцию.
Секретарша, не дожидаясь моего вопроса, испуганно кивнула на дверь кабинета генерального. Дескать, не теряйте времени, господин Сутин, вас с нетерпением ждут. Обошлась без поджимания тонких злых губок и ненавидящего взгляда.
- Наконец, об"явился! Я уж думал...
Обычно Пантелеймонов ко всем без исключения обращается на "вы", неожиданное тыканье - ещё один показатель, свидетельствующий о чем-то неординарном, о каком-то несчастьи.
- Что произошло, Вацлав Егорович? - невежливо перебил я генерального, чувствуя, что сердце медленно сползает в область живота. - По какой причине такая паника?
