— Держим его! — крикнула другая Гончая, массивная женщина с кожей, словно покрытой чёрным обсидианом. Она бросилась вперёд, и я почувствовал, как воздух уплотняется — она создавала зону подавления, лишая меня манёвренности.
— Ну давай, попробуем! — рыкнул я, кидая в неё два огненных копья. Одно она отбила, второе врезалось в плечо, но, похоже, её кожа была слишком прочной. Она только покачнулась.
— Слабовато, — усмехнулась она.
Я ещё шире улыбнулся.
— Тогда попробуем вот так.
Я сорвался с места, в последний момент активировав импульсное пламя под собой. Меня буквально выбросило вперёд с огромной скоростью. Прямо в её грудь. Клинок вошёл точно под рёбра, а второй я всадил ей в шею, разворачивая на триста шестьдесят градусов. Она захрипела, захлебнувшись кровью, а затем завалилась на спину.
Осталось четверо.
Я развернулся как раз в тот момент, когда в меня полетел заряд чистой силы — телекинетик пытался расплющить меня о землю. Я активировал защитный купол из огня, рассекая поток энергии, но меня всё равно откинуло назад. Почва подо мной взорвалась, и я перекатился, едва успевая избежать второго удара.
— Может, просто сдашься, мудила? — бросил я, отряхиваясь.
— Неееее, мне нравится играть с огнём, — ухмыльнулся телекинетик, собирая новую волну силы.
— У тебя будут проблемы с кожей, если продолжишь, — я резко бросился вперёд, избегая очередного удара, и оказался прямо перед ним.
Его глаза расширились, но было поздно. Мои клинки вспыхнули, и одним движением я взрезал его грудь. Он рухнул, не успев даже вздохнуть.
Осталось трое.
— Хватит, суки! — взвыл оставшийся Гончий, парень с татуировками на лице, что управлял цепями из чистой энергии. Его звали Стикс, если я не ошибаюсь.
Он взмыл в воздух, его цепи закрутились вокруг меня, словно змеи, пытаясь сковать движения. Я взвыл от боли — они не просто сжимали тело, они вытягивали силу. Ощущения как будто меня сжимал в своих объятиях амазонский удав.
— Не ждал такого, да? — усмехнулся он. — Ты же понимаешь, что ты труп? Тебя убьют, и ты даже не сможешь…
Он не успел договорить.
Я поджёг себя.
Моё тело вспыхнуло, температура мгновенно взлетела, и цепи, несмотря на то что они были энергетические, раскалились добела. Стикс заорал, его руки покрылись мгновенно лопнувшими волдырями, он рухнул на землю, выпустив цепи из рук.
— Не трогай горячее, если не хочешь обжечься, — прошептал я ему на ухо, прежде чем всадить клинок ему в сердце.
Двое. Одна из них была последней девушкой из группы Ирины, которая могла ускорять других.
Последние Гончие переглянулись. Они оба были бойцами поддержки, одна — усилитель физических характеристик, второй — теневой манипулятор, который уже пытался на меня напасть.
— Да ладно, Марк, мы просто выполняли приказы… — заискивающе протянул манипулятор.
— Серьёзно? — я помотал головой. — Вы, ублюдки, вне зависимости от пола, убивали, насиловали, пытали. И теперь, когда вам пришла очередь подыхать, вы хотите поговорить?
Я взмахнул клинками и выпустил своё пламя наружу.
Секунда — и два тела упали на землю, больше не подавая признаков жизни.
Я выдохнул, стряхивая пепел с рук. Всё. Все Гончие были мертвы.
Я посмотрел на тлеющие останки вокруг, затем поднял взгляд на дорогу, ведущую к лагерю. Я знал, что меня ждёт дальше.
Вытер лезвия клинков о мёртвое тело одного из Гончих, затем сунул их в ножны. Достав флягу, сделал глоток тёплой воды и сплюнул кровавую слюну. Челюсть ныла от пропущенного удара, плечо саднило от удара об землю, но всё это ерунда. Главное — я жив. Жив и свободен. Тем более я чувствовал, что ещё минут 10–15, и я буду как новенький. Моя регенерация стала чудовищной, мне кажется, я бы потерянную конечность за недельку отрастил. Дедпул отдыхает.
Свободен. Это слово звучало странно после двух месяцев полного контроля. Я чувствовал, как разум быстро возвращает все нити управления моим телом. Чувства, эмоции — всё это было словно приглушено толстым слоем ваты в течение двух месяцев, но теперь возвращалось с пугающей ясностью.
Я бросил последний взгляд на бойню, которую устроил. Если бы кто-то ещё три месяца назад сказал мне, что я буду вот так, без капли сомнения, убивать людей, я бы, наверное, не поверил. Но про этих тварей я знал точно: они заслужили свою смерть. Капец, с апокалипсиса прошло уже три месяца. И что меня больше всего бесило, так это то, что свободным я пробыл за это время суммарно не больше недели. Как-то ирония судьбы, иначе не скажешь.
Но что дальше?
Лагерь. Триумвират.
Я сделал несколько глубоких вдохов, стараясь полностью осознать ситуацию. Теперь я не просто беглый раб, я охотник. А мои цели — два ублюдка, которые держали меня на поводке два месяца. Но нельзя рубить с плеча. Одно дело — вломиться в лагерь и начать резню, а другое — сделать всё тихо, по уму. Я знал, что если ворвусь в лоб, против меня поднимут армию, Гончих и Щитов. Они не станут разбираться, свободен я или нет. Они просто увидят угрозу и бросят всё, чтобы её устранить.