«[Мои] сыновья и братья!
По опыту предыдущих бесед… вы уже знаете, что я пытался отвратить вас от причинения вреда этим злым людям, которые посредством своего обмана, заявлений о том, что они являются сыновьями [бога-создателя] Виракочи, проникли в мое королевство. Я дозволил им это, и я помогал им, отдавая им все, что у меня было, — серебро и золото, одежду и кукурузу, лам и альпак, мужчин, женщин и детей и бесчисленное множество других вещей. Они схватили меня, били меня и унижали, хотя я этого совсем не заслужил, они даже попытались убить меня… Меня сильно опечалил тот факт, что вас так много, а их так мало, но им удалось уйти от вашего возмездия. Возможно, им помогал Виракоча: вы говорили мне, что они каждую ночь молятся на коленях… Если Он не помог им, то как им удалось избежать возмездия от ваших рук, когда вас так много? Но что сделано, то сделано… Отныне берегитесь их… они наши худшие враги и вечно будут таковыми. Я хочу укрепить свои позиции в этом городе и выстроить здесь такую цитадель, в которую никто не сможет проникнуть. Помогите мне в этом, ведь однажды она может нам понадобиться».
Тем временем часки продолжали приносить Манко донесения об одержанных генералом Кисо победах на севере. Титу Куси вспоминал:
«В этот период… прибыли гонцы… [с донесениями] о произведенных разрушениях в… Лиме и… Хаухе, где имели место сражения между индейцами и испанцами, из которых индейцы выходили победителями. Гонцы принесли моему отцу множество голов испанцев, также они доставили двух живых испанцев, негра и четырех лошадей. Эти донесения и дары очень подняли наш дух».
Имея сведения о том, что генерал Кисо очистил центральные Анды от испанских захватчиков и разбил четыре отряда испанцев, Манко отдал распоряжение генералу Кисо захватить Лиму.
Между тем Эрнан и Гонсало Писарро с еще 190 испанскими воинами, попавшими вдовушку в Куско, продолжали находиться в очень сложной ситуации. Хотя им и удалось захватить крепость Саксауаман, они потеряли убитыми Хуана Писарро и еще четырех бойцов, многие солдаты получили ранения, съестные запасы подходили к концу, боевой дух достиг низшего уровня, и за все те четыре месяца, что длилась осада, они не получали никаких известий из внешнего мира. Перекинулось ли восстание Манко через Анды и достигло ли оно побережья? Они не имели об этом представления. Какова судьба Франсиско Писарро и других испанцев, находящихся в Городе Царей? Этого никто не знал. Как можно было объяснить то, что никаких отрядов подкрепления не прибыло? Некоторые думали, что Писарро мог остаться в живых, а отряд подкрепления, который он, возможно, послал, вероятно, не смог добраться до города. Не имея достоверных сообщений извне, испанцы не представляли, что происходит в других областях Перу.
После захвата Саксауамана Эрнан оставил в крепости пятьдесят пехотинцев, а сам с остальной частью своего отряда продолжал держать оборону в двух зданиях на главной площади. Ежедневно силы Манко продолжали атаковать испанцев и их туземных сподвижников. Несколько военачальников подали Эрнану идею собрать небольшой отряд из лучших кавалеристов, который попытается вырваться из города и найти помощь на побережье. Там кавалеристы выяснили бы, жив ли Франсиско Писарро и остальные испанцы из его гарнизона и существует ли возможность набрать там отряд подкрепления.
