Эрнан Писарро, чье природное высокомерие было несколько умерено пребыванием в тюремном заключении, внимательно выслушал Эспиносу и в конечном итоге согласился начать переговоры. В это же время находящиеся в подчинении Альмагро офицеры — особенно Родриго Оргонес — продолжали убеждать Альмагро в необходимости казнить братьев Писарро, настаивая на том, что никому из них нельзя доверять. Оргонес утверждал, что если братья будут освобождены, то они обязательно вернутся и попытаются вновь захватить Куско. Так или иначе, переговоры между Эспиносой и Альмагро затянулись на несколько месяцев, — в течение всего этого времени в расположение Писарро продолжали приходить все новые и новые отряды, и у него сформировался весьма мощный гарнизон. В этот период Гонсало Писарро каким-то образом удалось бежать из тюрьмы; он добрался до Лимы, где присоединился к своему брату Франсиско, которого не видел уже почти два года.
Между тем адвокат Эспиноса делал все возможное, чтобы убедить Альмагро не ввергать страну в открытую гражданскую войну, которая не только приведет к разрыву отношений с Франсиско Писарро, но и поставит под угрозу отношения с королем. Обращение Эспиносы к Альмагро изобиловало различными примерами из римской истории.
Шестидесятитрехлетний Альмагро был впечатлен этими экскурсами в историю. Жизнь Альмагро была полна трудностей, сейчас он чувствовал свой немолодой возраст, в последнее время его одолевали различные недуги. Осознавая, что он не обладает должными властными полномочиями для захвата Куско или для осуществления атаки на отряд Писарро, Альмагро понял, что в случае расправы с Эрнаном, — на чем настаивали некоторые офицеры из его отряда, — он мог лишиться благосклонности короля. Помимо этого, казнь Эрнана означала объявление войны его бывшему партнеру; тогда гражданская война стала бы неизбежной.
Альмагро распорядился освободить Эрнана Писарро в том случае, если последний пообещает, что будет вести свою политику в мирном русле. Родриго Оргонес, человек, который выкурил Эрнана из его дворца и который все еще был зол на Эрнана из-за многочисленных оскорблений, отпущенных последним в его адрес, чувствовал себя униженным этим известием. «Подняв голову, он [Оргонес] схватил себя за бороду левой рукой, а правой сделал такое движение, как будто он перерезает себе горло, сказав при этом: „Какой позор, Оргонес, что из-за твоей дружбы с Альмагро твое горло будет перерезано!“» Вскоре вполне предсказуемым образом переговоры между Писарро и Альмагро зашли в тупик, и была развязана гражданская война, которой так опасался Эспиноса. Оргонес был прав: Писарро были последними людьми на земле, которые забудут или простят.
На рассвете 26 апреля 1538 г., в День святого Лазаря, на болотистой местности, носящей название Лас Салинас, примерно в двух милях к западу от Куско, сошлись лицом к лицу две испанские армии. Шестидесятилетний Франсиско Писарро остался в Лиме, он дал задание своему тридцативосьмилетнему брату Эрнану отвоевать бывшую инкскую столицу. С учетом нескольких отрядов подкрепления, прибывших в Лиму, — в частности, один отряд был прислан из Мексики Кортесом, — Эрнан имел теперь под своим командованием армию, насчитывавшую 800 испанцев и несколько тысяч туземцев.
В отряде Эрнана было по меньшей мере 200 кавалеристов, облаченных в доспехи и вооруженных пиками и мечами. Их Эрнан разделил поровну и поместил на обоих флангах. 500 пехотинцев с щитами и мечами находились в середине. В первых рядах стояли стрелки из аркебуз. Ружья к тому времени приобрели популярность в Европе, свинцовые пули, которыми они стреляли, могли пробивать самые прочные доспехи, в результате чего отпадала необходимость в рукопашном бое.
По другую сторону равнины в напряжении ждали отряды Альмагро — 500 человек против 800 человек Эрнана. В составе войска Альмагро было 240 кавалеристов и около 260 пехотинцев. Помимо этого, там было также 6 000 туземных воинов, вооруженных дубинками и пращами. Индейцев предоставил недавно коронованный император Паулью Инка. Альмагро приказал Паулью разместить своих воинов по краям равнины.
Слишком слабый и больной, чтобы держаться в седле, Альмагро поручил командование армией своему заместителю, маршалу Родриго Оргонесу.
Эрнан между тем обратился к своим солдатам, многие из которых совсем недавно прибыли в Перу и теперь оказались вынуждены сражаться не против туземных инсургентов, ради борьбы с которыми они и были вызваны, а со своими соотечественниками. Так или иначе, находившиеся по обе стороны испанцы осознавали, что если они победят в этот день, то вознаграждением им станут земли и разнообразные материальные богатства. Все собравшиеся в этом месте конкистадоры понимали, что в королевстве Перу можно поживиться еще очень многим.
